Янтарный след

Что-то не пускало меня. Я и сейчас не знаю, где находилось это что-то – во мне или в нем. Он поначалу не двигался, но потом медленно поднял голову, глядя на мою тень, а не на меня.

– А ты невесела, Фрейя, – проговорил он.

И голос его был слабым, скрипучим – старым.

– Я? Я невесела? – То же самое я думала о нем. – Может, и так. Мне ведь предстоит потерять самое дорогое, что у меня есть, – моего отца и брата. Ты уж постараешься, чтобы я больше никогда с ними не увиделась, да?

Мне хотелось, чтобы он возразил, заверил, что всегда будет рад меня видеть в Асгарде… Не так уж давно он уверял, что жаждет моего общества, а ведь тогда я выглядела куда хуже, чем сейчас.

– Ты увидишься с ними, – проскрипел он. – Вернее, с одним из них. С отцом. Когда все кончится и все мы погибнем, он уцелеет и вернется в Ванахейм.

– Но я… Как знать, – я засмеялась, хоть и не очень искренне, – выживу ли я сама, чтобы встретиться с отцом?

– О тебе Великая Вёльва ничего не сказала.

Он так и не поднимал лица – я разговаривала с его шляпой. А меня тянуло заглянуть ему в глаза – не знаю зачем. Казалось, сейчас, когда он так слаб, я смогу разгадать какую-то тайну… его силы? Его слабости? Его желаний? Я знала, что это невозможно – его душа напрямую выходит в бездну и безгранична, как сама тьма.

Но меня тянуло к этой тьме. Почти помимо воли я начала меняться. Волосы засеребрились лунным светом, глаза сделались синими и все темнели, накапливая тьму. В волосах поднялись кустики сон-травы и расцвели – черно-багровыми, как запекшаяся кровь, звездами.

И тогда он поднял лицо. Ничего нельзя было прочитать в его грубых морщинах и угасшем взоре.

– А у нас с тобой немало общего.

 – Его седая, пожелтевшая борода дрогнула в намеке на улыбку.

– Ты ходишь по кругу, а я иду вперед, только вперед. Если так смотреть, то сходства как будто немного. Но оба мы властвуем в смерти. Это могло бы сделать нас…

– Друзьями? – Друзья из нас сейчас были, как из замшелого валуна и молодой зеленой березки.

– Союзниками. Ты так беспечна, потому что живешь сегодняшним днем. Если бы ты, подобно мне, поговорила с Великой Вёльвой, все услышанное навек лишило бы тебя покоя – как меня. Я тогда понял, что мы проиграем ту битву, если не будем заранее наращивать свои силы.

– Растить что-либо – мое дело.

– У тебя есть для этого силы, но ты не понимаешь, для чего это нужно. Понимаю – я. Ты винишь меня в краже… может быть, ты и права. Я – вор. Но я краду этих людей из круга перерождения не ради собственной власти. Твои мертвые улетят, будто тени, будто сухие листья, и будут так же бессильны, когда подуют ветры и воспылают огни Затмения Богов. Сохранят силы и смогут сражаться только те, в ком будет крепок дух, непреходящий дух.