Идеальная химия

Почему бы нам не вернуться в Мексику? Скажи дяде Хулио, что он потерял все свои сбережения, отправив нас в Америку, или ты боишься вернуться туда и сказать своей семье, что ничего здесь не добилась?

— Мы не будем это обсуждать.

— Открой глаза, я развожу в стороны руки. — Что держит тебя здесь? Тои сыновья? Это просто отговорка. Это и есть Американская мечта для тебя? — Я указываю на портрет отца. — Он был бандитом, а не святым.

— Он защищал нас, выкрикивает она. — У него не было выбора.

— А теперь я защищаю нас. И ты поставишь мне храм, когда меня убьют? И Карлос будет следующим? А затем и Луис.

Mi'ama дает мне звонкую пощечину и отодвигается. Dios mio, я не хотел ее так расстраивать. Я протягиваю руку и беру ее за локоть, чтобы обнять и извиниться, но она вздрагивает.

— Мама? — Спрашиваю я, не понимая, что происходит. Я не был груб с ней, но она ведет себя именно так.

Она вырывается и отворачивается, но я не отпускаю ее. Задрав рукав ее платья, к своему ужасу, я нахожу огромный фиолетовый синяк повыше ее локтя. Мой разум возвращается на свадебный вечер, когда я видел маму и Гектора в личном разговоре.

— Это тебе Гектор сделал? — спрашиваю я мягко.

— Тебе нужно перестать задавать вопросы о своем отце, говорит она, отодвигаясь и пряча синяк под рукав.

Злость закипает во мне, когда я думаю, что Гектор поставил синяк на матери, как предостережение не задавать больше вопросов об отце.

— Почему? Гетор покрывает кого-то? — Может этот кто-то из КЛ? Или кто-то из союзнических банд?

Как бы мне хотелось просто спросить Гектора. Более того, мне бы хотелось отомстить ему и надрать задницу за то, что обидел мою мать, но Гектор неприкасаем. Все знают, если ты идешь против Гектора, ты идешь против всех в КЛ.

Она смотрит на меня.

— Не задавай вопросов, Алехандро. Существует что-то, чего ты не знаешь. Вещи, которые тебе просто не нужно знать. Просто оставь это.

— Ты считаешь, что жить в неведении лучше? Отец был в банде и торговал наркотиками. Я не боюсь правды, черт подери. Почему все вокруг скрывают ее от меня?

Я чувствую, как повлажнели мои ладони, сжатые в кулаки. Звук из коридора привлекает мое внимание. Я поворачиваюсь и вижу своих братьев с огромными от удивления глазами.

Мама тяжело вздыхает, заметив их. Я сделаю что угодно, только бы она не грустила.

Я делаю шаг к ней и мягко кладу руку ей на плечо.

Она скидывает мою руку, пытаясь подавить рыдание, и уходит в свою комнату, громко хлопнув дверью.

— Это правда? — спрашивает Карлос, — его голос натянут, как струна.

Луис качает головой и хмурит брови.

— Я не понимаю, что вы тут говорите? Я думал, что папа был хороший. Мама всегда говорила, что отец был хорошим человеком.

Я подхожу к своему младшему брату и обнимаю его за голову.

— Это все ложь! — Выкрикивает Карлос. — Ты, он.