Индульгенция 1. Без права выбора

Отымев Навку сзади, я перевернул её на спину в миссионерскую позу, раздвинул пошире её ноги, чтобы получше пристроиться и поглубже войти, и навалился на неё доброй частью своего веса, чуть разгрузившись за счёт упора локтями в кровать, чтобы её совсем не раздавить. Она, сдавленная подо мной и дергающаяся от фрикций, стонала: ей явно нравилось находиться полностью в моих руках. Пока я её трахал, я то запускал ей обе руки в волосы и массировал голову сквозь них, то эту голову грубо обхватывал, то целовал её, то крепко брал за шею или плечо, то фиксировал её руки своими, то прихватывал за ягодицы, то крепко сжимал её с боков так, что она вообще ничем не могла пошевелить и только сжималась и разжималась, то принимая в себя мой член, то выпуская его.

Она, хотя и была пассивна (а что ей ещё оставалось подо мной), обильно текла — не думал, что духи так могут. Это меня очень заводило.

Затем я повернул её в одну из любимых своих поз: раком на боку, то есть, я остался в том же положении, что был в миссионерской, а её провернул на девяносто градусов и свёл её ноги вместе так, что она оказалась как бы в позе раком, но при этом не стоя на коленях и локтях, а лёжа боком на кровати.

Я взял её одной рукой за основание шеи, а второй обхватил оба её запястья так, что под моим контролем сразу оказались обе её руки. При этом левым локтём я упёрся ей в талию сзади от неё, а правым прижал спереди. Так я её, обездвиженную и закрывшую глаза, дотрахал до оргазма.

Когда она начала кончать, я тоже уже давно был на грани и не извергался только потому, что хотел сначала удовлетворить ее. Но почувствовав содрогание ее тела, я наконец позволил себе с громким стоном разрядиться в нее, получив максимальное удовольствие.

Устало откинувшись на постели, я просто смотрел в потолок, наслаждаясь тишиной.

— Это было… круто, — Навка нависла надо мной, опершись на локоть.

— Круто. Не знал, что духи так хорошо могут отыгрывать материальность.

— А я и не отыгрывала. Не забывай, что чем выше порядок, тем сильней мы чувствуем жизнь. На втором я могу ощущать себя полноценной женщиной. А уж на первом, так вообще не отличишь от оригинала. Причем все будет настоящее, а не созданное. В общем, не парься.

— А что с ним не так?

— Ничего, кроме того, что ты зеленая.

— А, ну это я пока не научилась исправлять, — смутилась она. — Тебе не нравится?

— Кто сказал? Экзотика же. Теперь все? Довольна?

— Ага. Все договоренности соблюдены — теперь я точно твоя. Хотя не до конца. Думаю, еще один раунд ты легко выдержишь, — заявила она, залезая на меня.

В общем, выдоила досуха, оставив пустоту в яйцах и негу в теле. Даже шевелиться не хотелось. Организм, получив ударную дозу адреналина, наконец пришел в норму и стал намекать, что пора бы и отдохнуть. Но сделать этого мне не дали.