Инферно Габриеля

 — Джулии было неловко за отца, отдавшего предпочтение любовнице, а не дочери.

— Том есть Том, — усмехнулась Рейчел, подавая Джулии коктейль. — Я буду только рада, если ты останешься у нас на все дни. Что тебе делать в пустом доме?

За первой порцией «Флиртини» последовала вторая. Языки девушек стали свободнее, а обсуждаемые ими темы — откровеннее. К этому времени матч закончился, и плазменный экран в гостиной погас. При жизни Грейс телевизор обитал в подвальном этаже. Теперь Ричард перенес свою любимую игрушку в гостиную.

Мужчины угощались коктейлем, пивом, легкими закусками и не уставали давать Рейчел совершенно бесполезные советы по части приготовления индейки.

— По-моему, ты ее передержала, — тоном ресторанного шеф-повара заявил Скотт. — Не пришлось бы нам давиться этой мясной подошвой.

— Скотт, если ты не заткнешься, то вообще не получишь ни кусочка.

Джулия открыла духовку электрической плиты, придирчиво разглядывая корочку на индейке и сверяясь с показаниями термометра.

— Дорогая, не слушай этого нытика, — успокоил Рейчел Эрон, целуя ее в затылок.

 — Его питание фастфудом дает о себе знать.

Родной брат Рейчел был старше ее на пять лет. Как и сестра, он обладал веселым, общительным характером, но превосходил ее по вспыльчивости. Он был почти одного роста с Габриелем, только несколько плотнее. От отца Скотту достался цвет глаз и волос и очень щедрое сердце. На Габриеля с некоторых пор эта щедрость не распространялась.

— Как хорошо, что ты приехала, — сказал Ричард, подсаживаясь к Джулии. — Рейчел мне говорила про твои успехи в аспирантуре.

Джулия улыбнулась. Ричард был человеком старомодного воспитания.

Он преподавал биологию в Саскуэханнском университете, специализируясь на анатомии человека, и прежде всего на свойствах нейронов человеческого мозга. При своем интеллекте и обаянии он мог бы быть душой компаний. Но профессор Кларк не любил шумных сборищ и отличался немногословностью. Вместе с чрезмерно разговорчивой Грейс они великолепно дополняли друг друга. Потеряв ее, Ричард как будто лишился опоры и стал чем-то похож на воздушный шарик, выпущенный из рук. Джулия остро почувствовала его одиночество. В уголках глаз у него прибавилось морщинок, а сам он похудел и заметно постарел.

— Я тоже рада, что я здесь, среди вас. Ричард, прости, что меня не было в сентябре. — Джулия виновато посмотрела на него, и он понимающе погладил ей руку. — Мне очень нравится в аспирантуре. Узнала столько интересного. — Она старалась не ерзать на стуле, особенно под пристальным взглядом знакомых синих глаз.

— Габриель говорил, что ты ходишь на его семинары.

— Ну да? — оживился Скотт.