Избранное (ЛП)

Дрова, которые Энтони подбросил в огонь, разгорелись, высоко взвившиеся языки осветили его лицо.

- Не знаю, верите ли вы в совпадения как проявление случайности, - сказал он, - но если это так, вам придется изменить вашу точку зрения. Но если вам сложно это сделать, считайте случайностью то, что тем же вечером я снова был вынужден воспользоваться последним поездом, идущим в западном направлении. На этот раз на платформе было много народа, когда я спустился в метро, а когда в туннеле послышался шум приближающегося поезда, я заметил сэра Генри Пэйла, стоящего в одиночестве как раз возле туннеля.

Помню, я еще подумал: как странно, что я вижу человека в тот самый час и том самом месте, где накануне видел его призрак, и направился к нему, собираясь сказать: "Хотите верьте, хотите нет, но именно здесь мы с вами виделись вчера вечером...", как вдруг случилось страшное. Как только поезд показался из тоннеля, он прыгнул на рельсы перед ним и исчез под движущимися вагонами.

Я застыл, пораженный ужасом, и, насколько мне помнится, стоял, не в силах отвести глаз от места ужасной трагедии. Но потом вдруг осознал, - несмотря на то, что она случилась у всех на виду, никто, казалось, ее не видел.

Машинист, которого я видел в окошке, не нажал на тормоз, никто не отшатнулся от двигавшегося поезда, никто не закричал и не заплакал, - пассажиры заходили в вагоны так, словно ничего не произошло.

Я испытал шок от увиденного, вдруг почувствовал себя слабым и больным, так что какой-то сострадательный человек поддержал меня и помог войти в вагон. Он оказался врачом; он спросил меня, не болен ли я и все ли у меня в порядке. Я честно рассказал ему о том, что, как мне показалось, я видел, и он заверил меня, что никакого несчастного случая на платформе не случилось.

Мне было совершенно ясно, что передо мной разыгрался второй акт, если можно так выразиться, психической драмы, и все следующее утро я размышлял над тем, как мне следует поступить. Я уже проглядел утреннюю газету, в которой, как и следовало ожидать, не содержалось ни малейшего упоминания о виденном мной ужасном происшествии; то, что я видел, конечно же, не произошло, но я знал, что это случится. Хлипкая завеса времени приподнялась перед моими глазами, и я увидел то, что можно было бы назвать будущим.

С точки зрения течения времени, конечно, это было будущее, но с моей точки зрения, это было прошлое, которое должно было случиться в будущем. Оно уже произошло, и должен был наступить момент воплощения прошлого в реальное настоящее. И чем больше я думал об этом, тем с большим отчаянием понимал, что ничего не могу сделать, чтобы что-то изменить.

В этот момент я прервал его рассказ.

- Так вы ничего не предприняли? - воскликнул я.