Избранное (ЛП)

Ничем не выделяющиеся люди начали наведываться на Смит-стрит, посещать банки, наблюдали за магазинчиком, в котором, предположительно, кипела торговля, а из соседнего дома заглядывали в садик, где папоротники уже успели покрыть альпийскую горку. Затем состоялись арест и короткий суд, закончившийся в один из субботних вечеров обвинительным вердиктом. Степенные женщины в больших шляпах несколько сгладили гнетущее впечатление, но во всей толпе не было ни единого человека, который бы почувствовал хоть малую толику сочувствия к молодому человеку атлетического вида, которому зачитали смертный приговор.

Поскольку среди присутствовавших было много пожилых степенных матерей, а преступление было совершено по отношению к матери, они выслушивали обвинения, полностью разоблачавшие убийцу, с полным одобрением. Можно даже сказать, они испытали нечто сродни восторгу, когда судья, надев ужасный маленький черный берет, зачитал вынесенный Богом приговор.

Линкворту предстояло возмездие за совершенное им зверское деяние, и никто, из слышавших обвинение, не сомневался в том, что он совершил его с тем же безразличием, каким было отмечено все его поведение, когда он узнал, что его просьба о помиловании отклонена.

Тюремный священник, посещавший осужденного, сделал все возможное, чтобы добиться от него признания, но его усилия оказались напрасными, и Линкворт продолжал настаивать на своей невиновности, правда, никого не рассчитывая в этом убедить. Ярким теплым сентябрьским утром, солнце осветило маленькую страшную процессию, пересекавшую тюремный двор по направлению к помещению, где была сооружена машина смерти; справедливость восторжествовала, и доктор Тисдейл констатировал отсутствие каких-либо признаков жизни. Он находился рядом с эшафотом, видел, как открылся люк и в него провалилась фигура с капюшоном на голове и петлей на шее. Он услышал хруст и звук от натянувшейся под тяжестью веревки, глянул вниз и увидел странные подергивания повешенного тела. Они длились несколько мгновений - казнь была совершена надлежащим порядком.

Час спустя он осмотрел тело и обнаружил, что был абсолютно прав: шейные позвонки оказались сломанными, так что смерть должна была наступить мгновенно.

Вряд ли была необходимость в доказательствах, но он для проформы произвел вскрытие. И в этот момент он испытал очень любопытное и чрезвычайно яркое впечатление, что душа умершего присутствует рядом с ним, словно не желая расставаться со своей бренной оболочкой. Тем не менее, сомнений быть не могло: Линкворт был мертв, мертв приблизительно с час. Затем случилось событие, которое а первый момент показалось несущественным, но одновременно не вполне понятным.