Избранное (ЛП)

Инфекция, - если это слово можно использовать в данном случае, - в тот раз обошла меня стороной, поскольку я помню, что отправился спать, не испытывая никаких неприятных ощущений, однако проснулся я, когда в доме было еще темно; страх пришел ночью, пока я спал. Нелепый, беспричинный страх, лишил меня воли, сжал сердце томительным предчувствием. Что это было? Точно так же, как с помощью барометра мы можем предсказать приближение шторма, то состояние духа, которое я тогда испытывал, и неведомое мне никогда прежде, - я был в этом уверен, - предвещало надвигавшуюся катастрофу. Джек же ощутил ее прежде меня, и когда мы встретились за завтраком на следующее утро, в слабом свете наступающего дня, но не настолько слабого, чтобы зажигать свечи, он понял все без всяких объяснений.

- Итак, он пришел и к тебе, - сказал он.

У меня не было ни сил, ни желания соврать, что я плохо себя чувствую. Никогда в жизни я не чувствовал себя лучше.

Последующие два дня страх накрывал меня, точно черным плащом; я не знал, чего именно боялся, но это было что-то ужасное, что-то, что неумолимо приближалось. Оно становилось все ближе и ближе с каждым мгновением, словно пелена туч, закрывающая небо; но на третий день, когда я был почти раздавлен страхом, какая-то часть мужества, полагаю, вернулась ко мне: возможно, это была пустая фантазия, плод расстроенной психики, или что-то иное, ставшее причиной "напрасной настороженности", причиной неких невидимых эмоциональных волн, воздействующих на рассудок людей, и заставляющих их находиться в состоянии напряжения. В любом случае, это вернувшееся мужество давало слабую надежду на освобождение от этого состояния. За прошедшие два дня я не мог ни работать, ни отвлечься; я, если можно так выразиться, боялся и трепетал; теперь же я запланировал весьма насыщенный день, а наш общий вечер посвятить развлечениям.

- Сегодня мы обедаем рано, - сказал я, - а потом пойдем на "Человека из "Блэнкли". Я пригласил Филиппа присоединиться к нам, и он дал согласие; билеты я уже заказал. Обед в семь.

Филипп, должен заметить, это наш старинный друг, проживающий на соседней улице, весьма уважаемый врач.

Джек отложил свою газету.

- Думаю, ты прав, - сказал он. - Если ничего не предпринимать, настроение не улучшится. Ты хорошо спал?

- Прекрасно, - ответил я с раздражением, поскольку из-за бессонной ночи находился почти на грани срыва.

- Я бы тоже так хотел, - сказал он.

С подобными настроениями пора было решительно покончить.

- Нам нужно встряхнуться! - решительно заявил я. - Мы, двое сильных, крепких мужчин, которые должны радоваться жизни, ведем себя, как последние нытики. Мы боимся чего-то выдуманного, или, может так случиться, все-таки, чего-то реального, но так вести себя недостойно.