Измена. Ты меня не узнаешь, любимый (СИ)

И она тоже хороша была! Нет, чтобы одеться попроще, не выпячивать так свой шикарный пятый размер! Но Алёнка всегда была девочкой стильной. Умела себя подать. А меня это вымораживало.

Да и боялся я. Боялся, что реально найдется какой-то хрен и отобьет ее. Я же знал, что и начальство на нее заглядывалось.

Поняла бы Алёнка, что может найти себе кого-то круче меня, и был бы я рогоносцем. Все бы ржали. Хорошенькая перспектива.

Нет уж. Пусть сидит дома, варит борщи. Детей, может, со временем родим. Попозже.

Это я раньше так думал. А сейчас…

Сейчас все карты мне смешало это долбаное приглашение.

На кухне я его спрятал, потому что боялся, что Алёнка его у меня в руках увидит. Просто поспешил. А потом забыл забрать.

И что теперь делать?

Вроде утром Алёна вопрос о корпоративе не поднимала. Но я же знал, что не забыла! Понял. Слышал, как она ночью ворочалась туда-сюда.

Пока я пытаюсь привести в порядок свои мысли, дверь кабинета открывается. Кто еще может зайти без стука?

Я недовольно гляжу на своего приятеля — так нагло ведет себя со мной только Димон, вернее, теперь он Дмитрий Юрьевич, начальство!

— Ты вообще стучаться умеешь? — недовольно бросаю, отрывая взгляд от монитора.

— Извини, у меня срочное дело, — отвечает он, заходя внутрь и прикрывая дверь за собой.

— И что за срочность? — вздыхаю, откидываясь на спинку кресла, глядя на него.

Димон явно чем-то встревожен, напряжен. Обычно спокойный и уравновешенный, он теперь будто ищет подходящие слова. Это кажется странным.

— Слушай, Олег, — начинает приятель наконец, — ты реально не берешь Алёну на корпоратив?

Твою ж… Ему какое дело?

Этот вопрос задевает меня, хотя я изо всех сил стараюсь не выдать раздражения.

— С чего вдруг ты этим интересуешься? — выдаю сухо.

— Просто странно, — Дмитрий Юрьевич располагается напротив, сложив руки на груди. — У нас тут, знаешь ли, немало коллег хотят прийти с супругами. Даже рады, что можно взять вторую половинку. А ты ведешь себя так, будто хочешь спрятать ее.

— Алёна ненавидит такие мероприятия, — спокойно отвечаю, надеясь, что это закроет тему.

— Ты так уверен? — приятель усмехается. — Или ты просто не спросил? — Дима смотрит как-то странно, пристально, словно изучая.

— Дим, давай без морализаторства. Моя супруга, — делаю упор на ненавистное слово, — она просто не из тех, кто любит всё это притворство и пафос.

Я стараюсь придать голосу равнодушие, но, кажется, не получается.

Димон молчит, но я чувствую звенящее напряжение между нами. Что за хрень? Затем он отвечает, и я слышу, что его голос стал жестче:

— Алёна не любит праздники? Танцы, хорошие закуски, компанию? Или дело в том, что ты просто не хочешь, чтобы она увидела Ларису?

Я резко выпрямляюсь, будто меня ударило током.