Камея римской куртизанки

 – Да и где эта ложечка? Тебе померещилось! Не было никакой ложечки!

В тот миг мне больше всего хотелось убить его. Убить прямо тут, на месте… но прошла секунда, и я понял, что не смогу.

Люди делятся на два биологических вида – на тех, кто может убивать себе подобных, и тех, для кого это физически невозможно. И я отношусь ко вторым, плохо это или хорошо.

С холодным бешенством я проговорил:

– Убирайся прочь! Сейчас же! Чтобы ноги твоей больше не было в моем доме! Чтобы я больше никогда не слышал твоего имени!

Он понял, что я не шучу, и попятился.

– Еще только одно! – остановил я его.

 – Ты говорил о письмах, которые перехватывал. Что это за письма?

Его лицо снова неуловимо изменилось. Теперь на нем проступили хитрость и мстительная насмешка.

– Письма от твоей милой сестрички, от Кати!

– От Кати? – переспросил я удивленно. – Она писала мне?

– Она писала тебе чуть не каждый месяц, а ты ей не отвечал. Она, конечно, думала, что ты ожесточился, вычеркнул ее из своей жизни. Какие жалостные это были письма! Одно удовольствие было их читать! Особенно когда она тяжело заболела!

– Она писала мне… я ей сейчас же напишу…

– Можешь не беспокоиться.

Она уже умерла.

Так он нанес мне последний, самый болезненный удар и тут же сбежал.

Больше я его не видел.

На следующий же день я поехал к нотариусу и изменил свое завещание.

Потом, позднее, я заметил, что пропал один из ключей от потайного ящика – того, в котором я хранил китайскую шкатулку.

Конечно, это Валентин украл ключ, разнюхав секрет моего стола.

Но он разузнал не все. Он не знал, что у потайного ящика есть еще один секрет – капкан…

Впрочем, если ты читаешь это письмо – ты уже все знаешь. А мне пора заканчивать – письмо и так получилось слишком длинным.

Знай только одно – я очень горько сожалею, что не был рядом с твоей матерью, когда ей была нужна моя помощь.

И я хочу хоть чем-то заплатить свой долг перед Катей. Самой ее, к сожалению, уже нет, но есть ты, и я оставляю тебе все, что имею. Среди прочего – ту камею, которая лежит в нефритовой шкатулке вместе с письмом, которое ты сейчас читаешь.

Эта камея – удивительная, уникальная вещь. В нашей семье она передавалась из поколения в поколение, и вместе с ней передавалась легенда о ее происхождении.

По легенде, в незапамятные времена эта камея принадлежала жрецам тайного этрусского культа богини, которую называли Матерью Змей.

Позднее камея попала в руки римской куртизанки, затем следы ее затерялись, и, наконец, уже в восемнадцатом веке, ее купил в Италии мой прапрадед… говорят, эта камея приносит своему владельцу удачу и оберегает его от зла. Надеюсь, она и тебе принесет удачу…»

– Вот и все. – Светлана выпустила из рук письмо, и оно плавно спланировало на пол. – Это ужасно! Ужасно, что мамины письма не дошли до него.