Капризная игрушка

После нескольких глотков Андрей продолжал:

— Он, правда, выпить тоже был не дурак, Ромка-то. Но все равно в нем такая была гнильца, что даже это обстоятельство не возвышало его в наших глазах. Мы как-то с Лехой пригласили его в кафе, так он мало того, что нажрался за наш счет, прошу прощения, так еще постоянно сигареты стрелял. Я ничего не говорю, — прижал Белов руки к груди, — мне не жалко, если у кого-то нет, я человек щедрый. Просто когда мы одевались, у него из кармана пачка «Мальборо» выпала. А это, извините, уже ни в какие ворота! Я, когда у меня деньги есть или сигареты, всех угощаю.

— И я… тоже… это самое… — попробовал подтвердить его слова Маврин, но, поняв, что потратит на это уйму времени, покраснел и умолк, что-то бормоча себе под нос.

— Так я и говорю, Ромка только за счет своего брата и процветал. Он сам хвастался, что у него брат крутой и может денег дать, чтобы он раскрутился. Только брат не дал почему-то, он и утих.

— А вы давно были у себя в издательстве? — спросила Лариса.

— Следовательно, вы не знаете, в курсе ли там насчет смерти Романа?

— Не знаем, но думаем, что нет, — покачал головой Белов. — Да кто туда первым делом сообщать-то будет? И кому? Я ж говорю, у него конкретных дел с «Аквариусом» не было.

— Скажите, а с кем из ваших коллег он общался? Словом, кто мог называться его друзьями?

— Роман был довольно высокомерным и заносчивым человеком. И предпочитал в друзьях иметь женщин. Вернее, не то чтобы в друзьях, — смутился Белов. — Ну, в общем, вы понимаете…

— Он… вообще-то… это самое… имел какие-то дела с Вовкой Лившицем. Они даже в Москву типа… собирались в Москву ехать… вещи свои толкать… — забормотал Маврин.

— А у этого Вовы, — тут же подхватил Белов, — жена злая и не пустила его, к тому же мальчик…

— Какой мальчик? — удивилась Лариса.

— Сын… Он его… это самое… на карате каждый день водит… Потому что жене некогда. И вообще… он… это самое… бедный. Сам кричит на каждом углу.

— Боже ж мой, где вы видели богатого еврея! — вскричал Белов, характерно копируя манеру нового персонажа грассирующим «р».

— Так, ладно, это понятно… А этот Лившиц — что за человек? — спросила Лариса.

Меняя тембр голоса и принимая какой-то невообразимо помпезный вид, Белов гордо вздернул голову и провозгласил заутробным голосом:

— Вова — единственный приличный человек в издательстве «Аквариус». Единственный приличный человек, единственный!

После этого Андрей звонко расхохотался, а Маврин закудахтал ему в ответ.

— Это он… это самое… сам о себе так… говорит, — пояснил он.

— И это соответствует действительности?

Белов принял серьезный вид и с расстановкой проговорил:

— Вообще-то, вы знаете, несмотря на то что Вовка полный лох, но в приличии ему не откажешь.