Катя

Он помолчал какое-то время, а потом спросил.

— Так она из-за меня плакала? Вы ссорились?

— Нет, просто поговорили. Роман Владимирович, мы с Катей вместе уже почти двенадцать лет. Сыну семь. Мы не афишируем наши отношения. Многие не поймут, начнутся сплетни, пересуды. Я бы не хотел беспокоить ими Катю. Надеюсь на вашу порядочность.

— За меня можете не волноваться. Она мне слишком дорога, чтобы я причинил ей вред. Мне искать работу?

— Что вы! Конечно нет. Я не для того вас приглашал, а Катенька не для того вас учила, чтобы такой подарок достался кому-то. Нет, вы продолжайте работать, просто помните Библию.

Мы все рассмеялись. Дальше стало легче, мы болтали как старые друзья, выпили бутылочку коньяка, отправили сына спать, а сами сидели глубоко за полночь.

Вот так мы с Ромой остались друзьями. Он рассказывал мне все о своих подругах, некоторые из которых задерживались даже на несколько месяцев, но потом они хотели большего, а он им ничего предложить не мог, потому что по тем или иным причинам, вдруг понимал, что общего у них кроме постели вообще-то и нет. После его очередного расставания я выслушивала, что приличных женщин практически не бывает.

А потом он так выразительно смотрел на меня, как будто в его личных неудачах была виновата именно я.

А я все так же хотела замуж. Но меня все так же никто не звал. Ну и ладно, мне и так хорошо. Мой мужчина как-то сказал мне: «Катя к кому я прихожу каждый вечер? Кому я отдаю зарплату? О ком забочусь? И кого люблю? Так, что тебе нужно? Кольцо? Так вот тебе кольцо.» И он подарил набор — кольцо и серьги, такой простенький на первый взгляд, но я знала, что это целое состояние. И теперь я носила его не снимая, а он улыбался каждый раз глядя на меня.

Он любил меня и единственно о чем я жалела, так это о том, что он не молодеет, и если мне лишь пятый десяток, то ему восьмой.

Все шло своим чередом, я работала, много как обычно. Но уставать стала больше и слабость такая, что голову утром от подушки оторвать не могу. Так вот уже недели две, а теперь еще живот тянет. Все бы ничего, но работать с болью не возможно, особенно если во время операции прихватит, а оно прихватывало. Да так, что согнуться пополам очень хочется. Пью спазмолитики, пытаюсь выжить, но легче не становится.

Давеча дома прихватило. Мой заметил. Живот прощупал и так и эдак, а отпустило и все. Потом опять. Обещалась сегодня к хирургам заглянуть, так все некогда. То роды в тазовом, то щипцы, то экстренное кесарево. Вот во время кесарева опять прихватило. Но что теперь! Закончу, напишу и к хирургам… если, конечно ничего не случится. Я писала историю, когда Александр Валерьевич вошел в мой кабинет.

— Катя, что было на операции?

— Все нормально, без осложнений.

— Я про тебя.