Каждое лето после (ЛП)

На его столе стояла новая фотография в рамке. Я положила подарок на стол и подняла её. Это была фотография нас с Сэмом с моего первого лета на озере. Мы сидели на конце его причала, полотенца были обернуты вокруг наших плеч, волосы мокрые, оба щурились на солнце, едва заметная улыбка на лице Сэма и зубастая на моем.

— Это хороший снимок, — сказала я.

— Рад, что ты так думаешь, — ответил он, открывая верхний ящик стола и вручая мне маленький подарок, завернутый в коричневую бумагу и перевязанный красной лентой.

Я осторожно открыла его, засунув ленту в карман своих спортивных штанов. Внутри была оловянная рамка с той же фотографией.

— Чтобы ты могла забрать озеро с собой домой, — сказал он.

— Спасибо, — я прижала его к груди, а затем застонала. — Я очень не хочу отдавать тебе твой подарок. Твой такой чуткий. А мой… глупый.

— Мне нравятся глупости, — сказал Сэм, пожав плечами, и взял свой подарок со стола.

— Потому что ты хочешь стать врачом? — я объяснила.

— Да, я это понимаю. Гений здесь, помнишь? — он улыбнулся. — Определенно лучший подарок, который я получил в этом году.

Я облегченно выдохнула.

Он зажал мой браслет между большим и указательным пальцами.

— Клянусь, — но потом его лицо сморщилось. — Я не хочу, чтобы это прозвучало плохо, но я думаю, что, возможно, иногда ты слишком сильно беспокоишься о том, что думают другие люди.

Он потер затылок и наклонил голову так, что его лицо оказалось на одном уровне с моим.

Я пробормотала что-то бессвязное. Я знала, что он был прав, но мне не нравилось, что он видел меня такой.

— Я пытаюсь сказать, что не имеет значения, что другие люди думают о тебе, потому что, если ты им не нравишься, они явно идиоты.

Он был так близко, что я могла разглядеть более темные голубые крапинки в его глазах.

— Но ты не другие люди, — прошептала я. Его глаза скользнули вниз к моему рту, и я придвинулась чуть ближе. — Меня и правда волнует, что ты думаешь.

— Иногда мне кажется, что никто не понимает меня так, как ты, — сказал он, и румянец на его щеках стал пунцовым. — У тебя когда-нибудь бывает такое чувство?

У меня пересохло во рту, и я провела языком по верхней губе. Его взгляд проследил за его траекторией, и я услышала, как он тяжело сглотнул.

— Да, — сказала я, положив дрожащую руку на его запястье, уверенная, что он сократит расстояние между нами.

Но потом он моргнул, как будто вспомнил что-то важное, выпрямился во весь рост и сказал: — Я никогда не хочу всё испортить.

Доев мороженое, мы с Сэмом идем в Таверну, а когда подходим к задней двери, стоим и неловко смотрим друг на друга, не зная, как расстаться.

— Было так здорово увидеть тебя, — говорю я ему, теребя подол своего платья и ненавидя, как фальшиво звучит мой голос.