Хозяйка Ольбранского замка

Болтовня парнишки, тараторившего без умолку, понемногу привела в чувство. Чтобы подняться, сначала встала на четвереньки, и только после – на подгибающиеся ноги. Опираясь на слугу, потихоньку доковыляла до крайнего дома, а там уже Матвей забарабанил в двери.

– Кто? – грубо рявкнули изнутри. – Кому ночью дома не сидится?

– Ее светлость, княгиня Ярослава Ольбранская пожаловала! Открывай! – пафосно представил меня парнишка.

Учитывая, как мы оба выглядели, не стоило сразу козырять титулом. С той стороны послышался звук отодвигаемого засова, затем дверь распахнулась, и в глаза ударил свет.

Вернее, так мне показалось вначале. Пока я щурилась, прикрывая глаза рукой, на пороге возникла могучая фигура.

– И где Ее светлость? – буркнула она басистым голосом. – Я вижу всего лишь двух оборванцев.

– Это я, княгиня Ярослава Елизаровна Ольбранская! – Вытянула вперед ладонь с перстнем, а второй рукой стянула с головы намокший платок, отчего волосы рассыпались по плечам. – У телеги колесо сломалось, мы пешком шли за помощью.

Проморгавшись, я взглянула на мужика, возвышающегося на целую голову надо мной, и отшатнулась в ужасе.

Показалось, что в его взгляде блеснули те самые желтые огни, какими горели глазищи волка. Учитывая размеры хозяина дома, всклокоченную бородищу и зверское выражение лица, немудрено испугаться. Однако это была лишь игра света и моего воображения. При ближайшем рассмотрении, глаза оказались карими. Ну а то, что лохматый и недовольный, так спать уже лег, наверное, и вскочил спросонок. Вон рубаха навыпуск надета, штаны домашние болтаются, из которых ноги босые торчат.

– Нам бы Григория Михайловича Бирюкова увидеть, – гулко сглотнув, обратилась к незнакомцу.

– Мне сказали, что его за порядком поставили тут следить. И я могу попросить его о помощи.

– Кто сказал? – насупившись, поинтересовался мужик. – Впрочем, неважно! Считайте, вам повезло. – Посторонился, пропуская нас внутрь. – Я и есть тот, кто вам нужен. Повозка далеко?

– Километров…, то есть, версты две-три будет. – Я осторожно переступила порог и замерла, не осмеливаясь пройти дальше.

Сапоги утопали в наплывах грязи, с мокрой одежды стекала вода, образуя возле меня лужицу. Вещи теперь придется выбросить, потому что отстирать их от сока травы и налипшего чернозема невозможно.

Мужик зыркнул на меня исподлобья и направился вглубь дома. Я так и осталась топтаться на месте, и Матвей со мной, потому что выглядел он ничуть не лучше. От него еще и пованивало, если честно.

Минут через пять Григорий вернулся одетый, с топором и небольшим мешком в руках.

– Так и будете в сенях стоять? Во дворе бочка с водой, дождевой. Мыльня – под навесом. Или мне еще отмывать вас прикажете? – попрекнул негостеприимный хозяин.