Хозяйка Ольбранского замка

– В такое время? Одна? Это небезопасно, – непонятно с чего вдруг проявил беспокойство бирюк.

– Вы следили за мной? – прищурилась, исполнившись подозрительности.

На секунду представив, что этот мужлан видел, как я плаваю голая, ощутила, как зарделись щеки.

– Очень надо! – фыркнул он пренебрежительно. – Я по делу зашел. Старая перечница сказала, где вас искать.

– Не старая перечница, а Матрена Саввишна, – поправила я. – Проявите капельку уважения к моим людям. Или вам не ведомо такое понятие?

– Как вам будет угодно! Ярослава Елизаровна, вы в курсе, кого притащили в деревню? Зачем этот забулдыга нужен? Он же весь завод по частям распродаст, лишь бы на бутылку наскрести.

– С чего вы взяли, что распродаст? Есть доказательства? Максим Яковлевич был хорошим управленцем, и я надеюсь на его помощь в восстановлении завода. А пить он бросил, слово дал, – заступилась за Шехнина.

– Горбатого могила исправит, – буркнул мужчина. – А взял я с того, что пару раз ловил на воровстве. По домам пустым лазил, искал, чем бы поживиться. И семейство у него такое же – вороватое.

– Семья впроголодь жила. Вы бы видели, какое жилье им предоставил барон Копытов! – не сдавалась я.

– Назовите факты! В бытность управляющим Шехнин позволял себе такое? Есть обвинения или судебные разбирательства?

– Да кому там было обвинять? Ждахов – шкура продажная, золота господского наворовал и смылся. И поди знай, кто и в каком количестве добро растаскивал! – взвился бирюк.

– Насколько мне известно, в поместье работали имперские дознаватели и маги разума, – холодно ответила мужчине. – Если бы Максим Яковлевич чем-то себя запятнал, они непременно бы это выяснили. Думаю, привези я другого мастера, вы нашли бы, к чему придраться! Ваша работа – следить за безопасностью, вот и занимайтесь этим!

– Занимаюсь, будьте уверены! – процедил Григорий.

– Лучше надо работу выполнять. Развели тут волков! Шагу не ступить, чтобы не натолкнуться на четвероногую тварь. Я не пожалею денег, чтобы нанять охотников, которые пристрелят зверя. Его голову в замке повешу, а из шкуры велю коврик сделать.

– Волк никого из местных жителей не тронул, разве нет? За что убивать? За то, что защищает дом, раз на это не способны хозяева? – взъярился бирюк.

– Но и вы, получается, неспособны защитить? – бросила с вызовом, гордо вскинув голову.

– Имейте смелость это признать!

Бирюк ничего не ответил, только сузил глаза до узких щелочек, рассматривая меня, как надоедливое насекомое. В этот момент последний луч уходящего солнца озарил небосвод и подсветил карие глаза, сверкнувшие знакомым желтым цветом.

Показалось? – Я невольно вздрогнула. – На какое-то мгновение показалось, что передо мной та самая тварь. Было у них что-то общее, однако сразу так и не скажешь, что именно.