Клиника в Гоблинском переулке

Я уже сто раз пожалела о том, что не разыскала мэтра Ланселота, не вызвала Белинду или хотя бы не дождалась Кирана, но, как любил повторять Берт, заядлый картежник, какие козыри выпали, с теми и станем играть. Одна я не могла решиться делать операцию, оставалось надеяться на то, что смогу принять роды классическим образом.

– Пэм, посмотри на меня! Умница! Ты должна меня слушаться, и тогда ты скоро увидишь своих малышек!

– Малышек… – пролепетала будущая мать, и на запекшихся губах появилась слабая улыбка.

– Нам предстоит потрудиться, но скоро ты обнимешь своих доченек! – ободрила я измученную Пэм.

Но прошло еще несколько долгих часов, прежде чем молодая гоблинка увидела своих девочек.

Старшая сестренка оказалась бойцом и, едва появившись на свет, задышала сама. С младшей, маленькой и слабой, пришлось повозиться – поддерживать сердечко, пока малышка не родится.

Я обтерла девочек, устроила в корзине, выстланной мягким мхом, – места хватило обеим крошкам.

Дождавшись, пока отойдет послед, еще раз осмотрела обеих и обнаружила, что младшая дышит слишком часто. Незрелые легкие, едва раскрывшись, снова начали спадаться, пришлось снова воспользоваться магией, и ровное сопение успокоившейся малышки прозвучало музыкой для моих ушей.

– Как знал, как знал, что корзину надо побольше брать! – бормотал счастливый, но потрясенный отец. – Смотрел на живот моей Пэм и думал, что здоровяк родится! А вместо здоровяка – две доченьки! Красавицы мои!

Я едва обращала внимание на его воркование. За все время я не отпускала магию ни на миг и теперь падала с ног от усталости. Самое скверное то, что я забыла захватить зелье для восстановления силы – а ведь мэтр Ланселот всегда настаивал на этом – и израсходовала ее до последней капли. Приходилось поддерживать светильники и тающие силы роженицы, останавливать кровотечение и заставлять расправиться крошечные легкие… Но теперь все позади. Я в последний раз проверила состояние Пэм и девочек и погрузила роженицу в целебный сон. Думаю, могу спокойно оставить малышек на попечение отца, вон он как над ними трясется!

Признаюсь, я бы и сама ненадолго прикорнула, хоть сидя, хоть стоя, прислонившись щекой к теплой стене, но просить о таком у новоиспеченных родителей было неудобно, поэтому, вымыв руки и сложив инструменты, я засобиралась домой.

Ничего, идти тут от силы полчаса. До рассвета оставалась всего пара часов, но сколько ни есть – все мои.

Попрощавшись и пожелав маленьким гоблинкам здоровья – молодой отец меня, кажется, и не услышал, – я выскользнула за дверь.

Ночью я плохо ориентировалась в незнакомом квартале, но решила, если выйду на проезжую часть, дальше разберусь – дорога в любом случае вывела бы меня к центру. И ничего, что сначала надо пройти узкими проулками.