Клиника в Гоблинском переулке

В одном из таких я едва разминулась с огромным орком. В темноте не разглядела лица, но что-то в его облике показалось смутно знакомым. Не иначе как от усталости я не сразу вспомнила шляпу. Соломенную шляпу, чьи поля свисали на лицо. Сердце заколотилось о ребра, я едва не споткнулась.

«Он меня не узнал, не узнал, все в порядке, просто иди вперед!»

Я успела пройти несколько шагов, когда на плечо опустилась тяжелая, точно каменная, ладонь.

– Эй, красотуля, постой-ка!

Главное, не бежать, сохранять спокойствие и попробовать договориться!

Я обернулась, изобразила улыбку.

– Я вас внимательно слушаю.

– О, ну так и есть! Ты эта… тажерка… Этажерка? Помощница, в общем.

– Вам нужна помощь целителя?

– Помощь целителя? – Орк хохотнул басом. – Вы уж мне в прошлый раз помогли. Так помогли! До сих пор кости болят!

Он перестал смеяться, наклонился и приблизил лицо. Сейчас орк, подсевший на дурманные зелья, говорил более-менее внятно, но черные прожилки на его щеках никуда не делись, а значит, без очередной дозы «Синей бездны» у орка скоро начнется ломка.

– Я знаю, как ты мне поможешь!

Я не успела ни о чем больше спросить. Увесистая оплеуха повалила меня на землю. Я выставила руки, защищаясь. Если бы в груди оставались хоть крохи магии… Но я была совершенно пуста. С кончиков пальцев посыпались искры – колючие, но совершенно безвредные, как потешные огни на палочках, которые дети так любят зажигать в праздники.

– А-а-а, – взревел орк.

Я его только разозлила. Огромный кулак завис над моей головой.

– Нет! – пискнула я, закрываясь.

Но ладони лишь немного смягчили удар.

Короткая вспышка острой боли. Разноцветный фейерверк перед глазами. Тьма.

Грейс опаздывала. Первые четверть часа Ланс не волновался. Хотя это не слишком на нее походило, все когда-нибудь случается в первый раз. Когда пятнадцать минут превратились в полчаса, подумал, уж не заболела ли девушка.

Киран рассказывал о ночных поступивших, но Ланс едва его слышал. Непонятная тревога грызла изнутри.

– Марта, вчера вечером Грейс хорошо себя чувствовала? – поинтересовался он, прежде чем выйти из палаты.

– Так отсыпается, поди, – благодушно ответила сиделка. – К роженице ушла, а это дело небыстрое, сами знаете.

Ланс нахмурился. Ушла к роженице и никого не позвала? Чересчур самонадеянно, даже для студентки-отличницы. Роды, конечно, процесс естественный, но Грейс уже имела возможность убедиться, насколько непредсказуемо может пойти этот «естественный» процесс. Он положил себе непременно поговорить с практиканткой, когда она появится.

К слову, когда? Если Грейс намеревалась отсыпаться, почему не прислала записку? Любой уличный мальчишка за медяшку мигом донесет ее до клиники.