Конец смены

Холли ходит у окна и поглядывает на Нижнюю Мальборо, скрестив руки на груди, положив ладони на плечи. Время от времени она что-то добавляет, но в основном молчит и слушает.

Когда Ходжес завершает рассказ, Джером спрашивает:

— А насколько вы уверены в этом приоритете духа над материей?

Ходжес задумывается.

— На восемьдесят процентов. Может, и больше. Звучит дико, но слишком уж много случаев, которые это подтверждают.

— Если он это смог, то виновата в этом я, — не отворачиваясь от окна, говорит Холли. — Когда я стукнула его «Веселым ударником», Билл, я могла что-то у него в мозгах изменить.

Дать ему доступ к тем девяноста процентам серого вещества, которыми мы никогда не пользуемся.

— Возможно, — отвечает Ходжес, — но если бы ты его не ударила, вы с Джеромом были бы уже покойниками.

— Вместе с целой кучей народа, — добавляет Джером. — Да и удар может никак не быть с этим связан. То, чем его кормил Бэбино, могло сделать больше, чем просто вывести из комы. Экспериментальные лекарства часто дают неожиданные результаты, вы же знаете.

— Все это в сочетании, — говорит Ходжес. Он не может поверить, что они сидят здесь и об этом говорят, но не говорить нельзя: это противоречит первому правилу детективной дела: идти туда, куда ведут факты.

— Он вас ненавидел, Билл, — говорит Джером. — Вместо того чтобы он убил себя сам, как хотел, к нему пришли вы.

— И развернули его оружие против него, — добавляет Холли, все еще не отворачиваясь от окна и не отпуская собственных плеч. — Ты использовал «Синий зонт Дебби», чтобы вывести его на чистую воду. Именно он прислал тебе это сообщение позавчера. Я знаю, кто это был: Брейди Хартсфилд, который назвал себя Z-Мальчик.

 — Теперь она разворачивается. — Это так просто, как нос посреди лица. Ты остановил его в «Минго».

— Нет, я внизу лежал, у меня сердце схватило. Это ты его остановила, Холли.

Она яростно встряхивает головой:

Джером делает движение в ее сторону, но она жестом отстраняет его. Ей трудно смотреть в глаза, но сейчас она просто смотрит на Ходжеса, и ее глаза горят.

— Ты его обнаружил, именно ты отгадал пароль, поэтому мы смогли влезть в его компьютер и узнать, что он хочет сделать. Именно тебя он во всем обвинял. Я знаю. А потом ты продолжал ходить к нему в палату и разговаривать с ним.

— И ты думаешь, именно поэтому он сделал вот это, чем бы оно ни было?

После этого она ненадолго замолкает и тихо просит прощения за то, что повысила голос.

— Не надо извиняться, Холлиберри, — говорит Джером. — Ты меня заводишь, когда ведешь себя развязно.

Она корчит ему рожицу. Джером весело фыркает и спрашивает Ходжеса о «Заппите» Дины Скотт:

— Я бы хотел на него посмотреть.

— У меня в пальто, — говорит Ходжес, — но берегись демо «Рыбалки».