Король медвежатников

Луиза не протестовала, улыбнувшись уголками губ, она направилась к соседнему столику, за которым, взявшись за руки, сидела молодая красивая пара. Тоже, видать, революционеры. — Хочу полюбопытствовать, вы, часом, не из охранки? — поморщился Вольдемар и добавил со значением: — Со мной этот номер не пройдет.

— Вам не о чем беспокоиться. Вот мои документы. — Георгий выложил на стол паспорт.

— Чернопятов, — в задумчивости произнес Вольдемар. — Странная фамилия.

— Скорее всего, это прозвище. Я побочный сын Строганова… Того самого.

— Ах, вот как, — вернул документы Вольдемар, нахмурившись.

Георгий зло усмехнулся:

— Стесняться должен не я, а граф!

— Так что, собственно, вам от меня нужно?

— В Париже я уже около пяти лет, работаю в коммерческом банке…

— Вы обратились точно по адресу, — широко улыбнулся Вольдемар, — уж не хотите ли вы мне предложить ограбить банк? Ха-ха-ха!

Чернопятов лишь сдержанно улыбнулся. Терпеливо подождал, пока Вольдемар отсмеется, и очень серьезно произнес:

— Именно это я и хочу вам предложить.

— Поясните, — заметно напрягся Вольдемар.

— Дело в том, что сейчас в Париже проживает известный медвежатник, некто Савелий Родионов. Может быть, слышали о таком?

Вольдемар слегка качнул головой и сдержанно произнес:

— Приходилось… Продолжайте.

— Это очень состоятельный человек. Но он из той породы людей, что не могут не грабить. В этом его призвание. Если хотите, образ жизни. Так вот, у меня есть план, благодаря которому он будет грабить для вас банки. Меня же интересует только первый банк, в котором я сейчас работаю.

— И в чем же суть вашего плана? — Вольдемар старался выглядеть равнодушным. Для вида он даже поковырялся вилкой в салате, но его выдавал азарт, какой обычно наблюдается у охотника, взирающего через прицел на бегущую косулю.

— Мой банк, в котором я работаю, один из самых надежных во Франции, — продолжал Чернопятов. Вольдемар лишь слегка кивнул, дескать, революционерам это известно. — И если его взять, то вы сумеете значительно пополнить… революционную кассу.

— Мы найдем применение деньгам, — на лице Вольдемара мелькнула легкая улыбка.

— У меня на Родионова имеется некоторое досье, против которого он не сумеет возразить…

— Шантаж? — неожиданно скривился Вольдемар.

Чернопятов нахмурился:

— Называйте это как хотите. Ему некуда будет деться, если он не желает встречаться с французской полицией. А потом, он не из тех людей, что откажутся от больших денег.

Вольдемар отпил глоток шампанского и слегка усмехнулся:

— Что-то я не совсем понимаю. Ну, хорошо, господин Савельев возьмет банк.