Король медвежатников

Скорее всего, хотят показать, мол, мы тебя подозреваем и контролируем каждый твой шаг. И если ты будешь от нас скрываться, то жди очень больших неприятностей.

— Кто же это может быть?

— Думаю, что скоро мы это узнаем.

— А знаешь, когда я выходила из дома, то он меня проводил таким взглядом, словно я шла в неглиже.

— Ты не залепила ему пощечину? — улыбнулся Савелий.

— Этот шпик вовремя отвернулся! — заверила его Елизавета.

— А тебе не показалось, что, как только мы приехали в Париж, мы все время находимся под наблюдением? У меня такое ощущение, что кто-то постоянно смотрит мне в спину.

А вчера куда-то пропала моя трость. Ты же знаешь, как я ею дорожу, — в сердцах произнес Савелий. — Это ведь подарок Парамона!

— Может быть, ты ее где-то оставил? — предположила Елизавета. Савелий отрицательно покачал головой:

— Я хорошо помню, что поставил трость у двери. А сейчас ее нет! Значит, кто-то открыл нашу дверь и забрал мою трость! — убежденно произнес Родионов. — Для кого-то другого она, возможно, и не представляет особой ценности, но мне она очень дорога!

— Я понимаю тебя, милый! — с лаской в голосе сказала Елизавета.

В последний год Лиза по-настоящему расцвела. Из привлекательной барышни она превратилась в очень красивую молодую женщину. Сейчас, глядя на нее, такую тихую и покорную, почти домашнюю, трудно было поверить, что своей страстью она могла бы свободно затмить самую жаркую ведьму на Лысой горе. В подобную покорность может поверить лишь тот, кто никогда не знал женщин.

Гибкая, жаркая Елизавета одним только своим видом вызывала страсть. Интересно, как же это будет смотреться, если он возьмет ее здесь, сейчас, у окошка? Впрочем, спешить не стоит, соседи-пуритане могут не оценить подобного порыва.

Неожиданно к дому подкатили, один за другим, два экипажа. Из первого, тяжело переваливаясь с одного бока на другой, выкатился комиссар Лазар. А следом, точно из такой же пролетки, повыскакивали двое крупных мужчин. Перемолвившись о чем-то между собой, они уверенно направились к калитке.

Комиссар, скользнув взглядом по окнам, заметил Савелия и приветливо улыбнулся. В знак наивысшего расположения он даже слегка приподнял трость. Родионов, не выказывая особой радости, лишь сдержанно улыбнулся и отошел от окна.

— Только его не хватало на нашу голову.

— Может, не пускать его? — спросила Елизавета.

— А куда денешься? Мы ведь здесь все на птичьих правах. Открывай!

Елизавета слегка повела плечом и направилась к двери. Длинное сужающееся платье только добавляло ей очарования и делало похожей на японскую гейшу.

— Прошу вас, господин комиссар…

— Спасибо за приглашение, — шумно перешагнул порог комиссар. — Ох, тяжело, знаете… все хочу сбросить лишний вес, да как-то не получается.