Король медвежатников

— Да бросьте вы, — небрежно отмахнулся Виталий. — Не о том сейчас речь. А потом, в вашей вине никто не сомневается. Вас будут сопровождать два экипажа. — И, заметив удивленное лицо Родионова, добавил: — А вы что думаете? Вы теперь у нас знаменитость! И на меньшее сопровождение не рассчитывайте. Одна из улочек будет перегорожена. Двум каретам развернуться на ней будет чрезвычайно сложно, тем более что тротуары заставлены цветочными лотками. Вас должны будут пересадить в другую карету. И как только вы выйдете из кареты, мы откроем стрельбу. Все должно выглядеть очень натурально.

Мои люди отведут вас на квартиру. Потом вам придется прогуляться по галереям. Вас увидят и придут к вам.

— У вас есть карандаш и листок бумаги? — спросил Савелий.

— Найдется. — Виталий порылся в карманах и вытащил блокнот. — Держите. Вот и карандаш.

— Спасибо, — кивнул Родионов. Набросав несколько строк, он передал гостю свернутый листок. — Вы можете передать эту записку в кафе «Шантан» хозяину? Для моей женщины…

— Хорошо, — взял клочок бумаги Виталий. — Дознание должно состояться завтра в десять часов утра. Ну что ж… Голова разболелась.

Что-то тюремные стены на меня неблагоприятно влияют. Он трижды постучал в дверь, и она тотчас распахнулась.

Глава 18 Выручайте, батенька!

— Предупреждаю вас, мсье Савельев, никаких неожиданностей. Меня уверили, что вы согласились ответить на все наши вопросы.

Взгляд у комиссара Лазара был чуть сонным, он напоминал кота, разнежившегося на солнышке. Родионов прекрасно знал, что подобное впечатление обманчиво. Комиссар, несмотря на кажущуюся медлительность, обладал редкой реакцией и быстротой мышления. Интересно, он не знает о том, что должно произойти, или просто искусно играет в неведение?

— Разумеется, господин комиссар, — согласно кивнул Савелий, решив подыграть комиссару.

— Не надо пугаться, господин Родионов, — несколько мягче проговорил Лазар, стараясь сгладить свою прежнюю жесткость. — Если вы будете с нами предельно откровенны, я постараюсь уберечь вас от каменоломен. Самый большой срок, который вас ожидает, это два года. Надеюсь, это достаточная плата за откровенность?

— Вполне, — усмехнулся Савелий. — За все то, что вы пытаетесь на меня свалить, в России меня ожидала бы пожизненная каторга.

Комиссар Лазар позвонил в колокольчик, и тут же на его зов явились двое надзирателей. Один высокий, с длинными рыжими усами, очень напоминающими бутафорские, а другой — плотный коротышка с соломенными волосами.

— Проводите его до кареты, — распорядился Лазар.

— Как всегда, господин комиссар? — спросил рыжий, доставая наручники.

— Ну что вы, — махнул рукой Лазар, — он у нас человек смирный. Думаю, ничего дурного не выкинет. А потом, ведь мы передаем его жандармам.