Крутой. Право на любовь

А после…

То, что было “после”, мне понравилось больше всего. И когда я снимал с девушки платье, глядя ей прямо в глаза. Никогда еще не были мы так близки, как в тот момент. Взгляды говорили сами за себя.

“Я пока не готов ее отпустить…” – это последняя мысль перед тем, как наши губы коснулись друг друга. А после тела продолжили, как будто мы не виделись вечность, а не какие-то семь дней.

– Я не хочу никуда уезжать, – шептала Ульяна, уткнувшись мне носом в бок.

– Так тебя пока никто и не отпускает, – решил я пошутить, забыв, что девушка слишком остро реагирует порой на мой цинизм.

– Не придирайся к словам, – я мысленно дал себе по башке, чтобы за словами следил. – Я сказал то, что хотел. Ты же взрослая девочка…

– Давай не сейчас! – я слегка вспылил, но тут же быстро остыл, понимая, что именно сейчас пугаю девочку своей вроде как правдой. – Кстати, – повернулся к ней полубоком, приподняв одну бровь. – А ты почему мне не дерзишь?

– Ты уж определись, – засмеялась в ответ Ульяна. – Дерзить? Или нет? А то я как-то теряюсь от твоих взглядов. Еще выкинешь на улицу.

– Теперь-то у тебя целые колготки, – я засмеялся в ответ, вспоминая прошлую нашу встречу, как тут же получил кулачком в плечо.

– Но ты ж меня любишь?

Повисла молчаливая пауза, на протяжении которой я ждал ответа, глядя искоса на девушку, а она кусала губы, боясь ответить. В прошлый раз вырвалось… случайно. Я бы даже сказал – на эмоциях. Это говорила не она.

А ее ненависть к отцу!

– Люблю, – Ульяна кивнула легонько и тут же подняла на меня взгляд. – А ты?

– Разве не видно? – ушел я от прямого ответа.

Раньше казалось, что эти три слова люди произносят легко. Без каких-либо напрягов. А на деле…

Когда произносишь то, что хочет услышать девушка, то ты должен быть готов потом отвечать за свои слова.

И брать на себя ответственность.

Нет, не струсил, но мне надо сначала зарыть топор войны с отцом Ульяны. Хотя бы сгладить некоторые углы.

А потом можно и ответственность брать…

И вот сейчас я стою возле кровати и смотрю на спящую девушку, понимая, что одной моей готовности еще не достаточно. Либо я могу дать ей все, либо…

На половину я не согласен.

Выхожу из спальни и направляюсь на кухню, по дороге забирая с барной стойки свой мобильный.

Включаю кофе-машину – а что, все равно сегодня мне предстоит бессонная ночь. Порция кофеина уж точно не повредит, а настроение может поднять. А еще сильнее мне поднимет настроение мой лучший друг, который в любовных делах понимает больше меня.

Конечно, Кирилл не юрист, но уж точно подскажет, как лучше поступить в сложившейся ситуации.

Лишь бы не послал в три часа ночи…

– Костян, – ворчит Кирюха в трубку, когда принимает вызов после третьего гудка. – От моего гнева тебя спасает то, что у меня бессонница.