Кукла моего отца (СИ)

От одной мысли, что сегодня я вновь его увижу, моё глупое сердце заходилось в груди. Всё это время я жила точно в аду. Нет, моя жизнь несильно изменилась. Меня окружали всё те же стены и люди. Но я изменилась.

Судьба помахала у меня перед носом альтернативной реальностью. Той, в которой я люблю и любима. Показала и тут же отняла. И пусть она и длилась всего день, но вычеркнуть её из памяти не получалось.

  Одного я не понимала: зачем меня сюда привёл Бенджамин.

– Тебе здесь нравится, любимая женушка? – опасно елейным голосом интересуется супруг, потрепав за щеку, словно щенка, пока я от волнения мну короткое чёрное платье. Он оставил его на моей постели этим вечером вместе с прочими атрибутами шикарной и красивой шлюхи, собирающейся с папиком на игру. На моей шее сверкало рубиновое колье, в ушах – серёжки из того же комплекта. Голые плечи прикрывало белое соболиное манто, на котором мягкими волнами уложены мои тёмные волосы. И всё же, несмотря на дорогой наряд, я никогда не чувствовала себя такой дешёвкой.

В горле собирался комок, когда я представляла, что подумает Йен, увидев меня такой. Мне казалось, ухудшить его мнение обо мне уже не получится, но Бенджамин будто нарочно устроил это шоу с моим участием в главной роли.

Я ощущала себя не просто игрушкой, которую в очередной раз вывели в свет. В этом наряде Бенджамин будто извещал всех и каждого, что я очень дорогая проститутка. Содержанка, случайно ставшая женой. Это была какая-то часть его извращённой игры, где я – кукла, с которой можно делать всё что угодно.

– Спасибо, любимый, всё чудесно, – отстраняясь от его пальцев, вторю его лицемерию, растягивая алые губы в ослепительной улыбке. Такой же холодной, как лёд арены.

Рядом его семья и деловые партнеры. И я – совершенно лишний человек в этой тусовке. Его друзья смотрят на меня плотоядно, точно я кусок мяса, хотя вместе с ними их жены. Уже не такие свежие. Но уверена, где-то на Манхэттене ложе греют любовницы. А они завидуют Бену, ошибочно полагая, что он имеет прямой доступ к моему юному телу.

Прозвучал гимн, и спустя пару минут началась напряжённая игра. Трибуны ревели, а я испуганно гадала, почему Йен всё ещё на скамейке запасных. Как ни пыталась скрыть волнение, но у меня ничего не получалось. Ладони потели, и я нервно поглаживала ими бедра, обтянутые чёрными чулками.

Мужской голос объявляет о замене игрока. И на лёд выходит Йен Сандерс. Я слышу, как его фанаты кричат во всё горло «Айс», и испытываю сумасшедшую радость вместе с ними. Но молодой человек даже не обращает внимания на безумие, творящееся на стадионе.

Я неотрывно слежу за каждым движением номера «Восемнадцать», стараясь понять, успел ли он полностью излечиться. Его игра уверенная, агрессивная и напористая.