Ледяное озеро

Роукби призвал горничную, чтобы та собрала с пола остатки мишуры. Стоя возле дивана и руководя производимой работой, он издал легкое покашливание.

— Вы спрашивали о мисс Утрате, о том, каким образом она попала домой, будучи младенцем, — тихо произнес он. — Ее привезла в Англию моя сестра. Моя сестра Мэвис.

Глава сорок четвертая

Сердце у Аликс оборвалось, когда, спустившись к завтраку рождественским утром, она увидела, что бабушка сидит за столом, на своем обычном месте. Повинуясь обязанности, она приблизилась к ней и почтительно поцеловала, а затем, уже с энтузиазмом, поцеловала дедушку, после чего взяла себе тарелку овсянки. Появились Утрата и Урсула, взъерошенные, с блестящими глазами, неся вынутые из-под елки празднично упакованные свертки.

— Сначала завтрак, затем подарки, — сказала бабушка, но Урсула уже вручала дедушке сверток, а Утрата, покосившись на бабушку, потянулась за одним из своих.

Дед подарил Аликс белую фарфоровую сову с золотой макушкой, известной венгерской фирмы «Херенд». Он знал, что она любит сов.

— И еще я послал пожертвование тому твоему приюту. Я знал, что ты не захочешь принять от меня чек.

Аликс встала и порывисто обняла его. Речь шла о маленьком приюте для сирот в восточном Лондоне, питомцами которого являлись большей частью отпрыски заезжих моряков и девушек из доков. Расположенная к милосердию подруга привлекла Алекс к участию в благотворительной распродаже подержанных вещей, чтобы собрать денег для приюта. С тех пор Аликс, испытывая что-то вроде корпоративного сочувствия ко всем сиротам и пораженная несоответствием между положением этих беспризорных детей и своим собственным, стала посещать их. Посылала деньги и одежду, заставляла друзей и родственников делать пожертвования.

Утрата подарила ей другую сову, в виде шерстяного вязаного чехла для грелки.

— Я связала сама, на уроках рукоделия, — с гордостью сообщила она.

Тетя Труди тоже отослала деньги в приют, а кроме того, раздобыла томик стихов Джорджа Герберта, издания восемнадцатого века, в переплете из выцветшей кожи; она помнила об увлечении племянницы поэтами-метафизиками.

Эдвин собрал для нее альбом фотографий с видами замерзшего озера, в ультрасовременном переплете, а вошедшая чуть позже тетя Джейн преподнесла изящно упакованный сверток, в котором обнаружились соли для ванны с божественным ароматом.

— Я буду восхитительно благоухать, пользуясь этими солями. А также теми прелестными, что положила мне в чулок Утрата! — воскликнула Аликс.

Она долго выбирала подарок для бабушки, но потом преподнесла ей биографию одного очень скучного ученого, которым та восхищалась.

Бабушка, в свою очередь, подарила ей серебряный нож для вскрытия писем.