Ледяное озеро

Майкл — славный парень, не хотелось бы, чтобы он попался на удочку этой жеманницы. Сидящий рядом с Аликс Фредди тоже обводил глазами комнату.

— У нас гостит Урсула. Вы же знаете, каковы девчонки в этом возрасте — так поглощены своими разговорами, что забывают вовремя переодеться. — Аликс услышала грохот на лестнице. — Ну вот и Утрата.

Дверь открылась, и появились Утрата с Урсулой, как-то странно хихикая.

Утрата была в красном бархатном платье. Бабушка медленно привстала с места и приложила к глазам лорнет. Под ее холодным, сверлящим взглядом Утрата выпрямилась и вскинула подбородок.

— Что на тебе надето, Утрата? — Голос бабушки, точно сталь, пронизал пространство комнаты. — Отправляйся наверх и немедленно переоденься.

— Право, Каролин! — запротестовала Джейн, когда Утрата вспыхнула до корней волос.

Аликс тоже вспыхнула, от злости и огорчения. Как может бабушка так обращаться с внучкой в Рождество да еще в присутствии гостей?

Та обрушилась на нее:

— Ты за это в ответе!

— Но почему? — бросилась в бой Утрата. — Что плохого в моем платье? Я была в нем на балу у Гриндли, и никто не счел его неуместным.

— Ты надевала его к Гриндли? Без моего разрешения?

— Вы были больны, бабушка, — промолвила Аликс. — И в этом платье нет ничего предосудительного. Оно не очень узкое, вырез небольшой, оно абсолютно приличное.

— Дело в цвете. Она слишком молода для него. Ступай и сними его, Утрата. Немедленно.

Аликс видела, как слезы и самообладание борются на лице Утраты. Победил характер.

— Если я его сниму, мне придется спуститься в брюках и старой твидовой рубашке, поскольку у меня нет другой одежды.

— Ты можешь надеть то платье, которое надевала к обеду в предыдущие дни.

— Нет. Я порвала его, когда снимала. И нет, не из-за того, что была неловкой, просто оно мне мало.

— Тогда тебе отнесут поднос с едой в твою комнату.

Урсула обняла подругу.

— Я буду есть вместе с тобой.

— Вздор, — сказал сэр Генри. Он был увлечен беседой о самолетах и не прислушивался к сцене, разворачивавшейся перед ним. Майкл же, пытавшийся удержать внимание на числе оборотов двигателя и смазках, был еще раньше выбит из колеи ледяной жестокостью леди Ричардсон.

— Не надо так волноваться, дорогая. Утрата не должна обедать наверху в Рождество. По-моему, она выглядит восхитительно, и если у нее нет никаких других платьев, чтобы переодеться, это решает дело. Так, а что с Эдвином?

Бабушка отчитывала бы Утрату в любое время и в любом месте, при ком угодно, подумала Аликс, но ее моральный кодекс запрещал ей спорить с сэром Генри при посторонних. Слава Богу!

— Еще шампанского, Роукби! — велел сэр Генри, и Роукби подал ему бокал.

— Мне кажется, пришел мистер Эдвин, сэр, — пробормотал он сэру Генри.