Лерка. Второе воплощение

Я привыкла быть сильной и самостоятельной, но когда он рядом незаметно для себя расслаблялась и позволяла заботиться обо мне. А после того, как начались наши маленькие "эксперименты" поняла, что он будит во мне далеко не дружеские чувства.

— Сейчас, сейчас, — успокоившись, шептал Ренольд, быстро шевеля губами. Видимо, пытался сплести заклинание, но тут же чертыхался и начинал заново.

Мой друг. Удивительно, но этот вредный, внешне холодный и отстранённый человек стал мне почти братом. Я знаю, что и ко мне он относится лишь как к сестре, что и меня и его вполне устраивает.

Жаль оставлять этот мир, я ведь столько всего ещё не увидела.

Жаль, что Мор останется здесь и принесёт моим дорогим и любимым неприятности. Если они выживут.

Жаль, что я ничего не могу сделать. Слаба, бесконечно слаба, жалкий, никому ненужный лекарь.

Жаль, что не могу попрощаться с Мидахом, бабушкой, дедом, Люцем.

Я хочу остаться! Хочу жить! Любить! Быть любимой! Наслаждаться солнцем, воздухом, миром! Я ведь его так люблю! Я и не знала, не догадывалась до этого момента, как всё это мне дорого. Бесконечно дорого! Бесконечно…

Сморгнула.

Ренольд по-прежнему шептал, смотря прямо на меня. В глазах цвета бескрайнего летнего неба плескалась мука. Он боялся. Не за себя, за меня. Почему? Неужели я так много стала значить для тебя, мой дорогой друг? Я рада. Мне до дрожи в коленях приятно.

А Эйнар, мой милый Эйнар что-то кричал, пытаясь вырвать руки из оков. Я видела, как он раз за разом сдирает запястья в кровь, но моя энергия тут же залечивает раны. Может, стоит сказать, что я люблю его? Я, конечно, не уверена до конца, но сейчас, смотря, как в кровавых глазах мелькает, то безудержный гнев, то тоска, то отчаяние, я осознавала — ещё бы немного и я бы сказала ему эти слова.

А сейчас…

— Люблю вас… — шепнула, сжимая руки в кулаки. Отдам всё до последней капли, но вы будете жить.

Тот, который стоял около камня напрягся, а потом, подхватив клинок, быстро подошёл к Ренольду.

— Защита сработала. У нас несколько минут всё закончить и свалить. Ты того, я этого. Понял? Начали.

Я дернулась, наблюдая, будто в замедленной съемке, как два клинка одновременно взметнулись вверх, а потом с силой погрузились в податливые тела ребят.

Они дёрнулись. Их лица искривила гримаса боли. За первым последовал ещё один.

«Печень, истекут кровью за пару минут», — отстранённо подумала, чувствуя, как энергия хлынула таким потоком, будто где-то убрали слив.

Энергия уходила. Глаза держать открытыми становилось всё сложнее. Тело перестало ощущаться очень быстро, словно у меня не энергию забирали, а кровь откачивали насосом. Рядом послышались крики, какая-то возня. Заметила, что в пещере стало больше народу, но понять, кто прибыл и что происходит, уже не могла.