Лётчик

Даже показалось, что центральная стойка крепления растяжек кренится на разворотах из стороны в сторону. Плавно и медленно перевожу самолёт в горизонтальный полёт, устраиваюсь на сиденье поудобнее и заваливаю аппарат в противоположную сторону. Посмотрим, как он себя на этом борту поведёт. Заодно и замеченные особенности конструкции подтвердим.

Всё, достаточно экспериментов. На мой взгляд, максимальный крен можно выполнить градусов тридцать пять — сорок, дальше уже сложно, начинается неизбежная потеря высоты. Не хватает эффективности рулей. И мотор не вытягивает. Что дальше? Буду выполнять задуманное? Пикирование и горка? Посмотрим, на что этот аппарат годен. И я прибираю полностью обороты, гашу скорость и плавно опускаю нос.

Небо с его редкими облачками уплывает куда-то за спину, желудок подскакивает к горлу, в теле образуется небывалая лёгкость, сердце замирает и впереди прямо перед глазами во всю необъятную ширь раскидывается быстро надвигающаяся земля.

Слышу, как нарастает шелест набегающего воздушного потока, как всё сильнее и сильнее давит воздух на лицо, пытается сорвать с головы шлем, как упруго начинает давить ладонь ручка, как бы намекая настойчиво на вывод из пикирования. Пригибаюсь и прячусь за обрезом кабины, насколько это возможно.

Встречный воздушный поток забивает горло, не даёт вдохнуть, размазывает по щекам и тут же высушивает текущие слёзы. Надо бы наказать механикам установить защитный козырёк впереди и очки найти. Были же они у меня? Куда делись? Или же другие получить. В крайнем случае купить. И ещё появился один очень неприятный момент. Как только перевёл самолёт на снижение, снизу, с полика, поднялась туча пыли и… Неприятно, короче, еле отплевался и отморгался. А уж сколько пришлось проглотить… нет, больше такого наслаждения не хочется — пусть следят за чистотой в кабине. Буду проверять перед каждым вылетом. И никого внутрь не пускать в грязной обуви. Металлические дорожки придумать, что ли? Надо будет в мехмастерские идти. Что-то у меня слишком много поводов образовалось на их посещение.

Ослабляю мышцы руки и аккуратно начинаю выводить аппарат из пикирования. Добавляю непослушной рукой обороты мотору, тяну ручку на себя, прислушиваюсь к пению расчалок, хрипу и стону нагруженных конструкций. Вот теперь требуется приложить определённую силу. Слабакам места в воздухе нет! Желудок с хлюпом шмякается о сиденье, сердце стремится присоединиться к нему, как бы сожалея о такой быстрой разлуке, тело наливается горячей тяжестью.

В нижней точке мотор задавленно чихает, даёт несколько перебоев, заставляя сердце испуганно дёрнуться, но тут же уверенно набирает обороты. И мы ползём вверх. Если по-честному, то этот набор высоты даже горкой назвать нельзя.