Любовь и риск

— Кажется, — продолжал он, обращаясь к своей записной книжке, — биография нашего героического доктора весьма занимательна. Мисс Фицджеральд была взята в заложники, когда ей было всего лишь четырнадцать лет.

— Неужели? — наигранно удивилась Эбби. — Можно подумать, что я этого вам не говорила раньше!

Майкл посмотрел на нее с неподдельным изумлением. Ведь эта давняя история до сих пор наводила на нее ужас.

— Можно поговорить об этом подробнее, док?

— Клянусь, — сказала она, разделавшись с вином, — в этой толпе я чувствую себя, как один из семи гномов.

— Жаль, вы обманули мои надежды, — опечалился репортер.

— Я знаю, но сейчас не смогу быть вам полезной.

— Кажется, все ясно, — сказал Свэнн, поднимаясь, — мне нужно в участок. Я увижу вас позже?

— Без сомнения, — отозвался Майкл.

— Я что-нибудь еще могу для тебя сделать, Эбби? — спросил Свэнн.

— Да. — Бросив быстрый взгляд на репортера, Эбби поманила лейтенанта к себе.

Когда Свэнн нагнулся, она что-то прошептала ему на ухо. Майкл заметил, как Свэнн прошептал что-то Эбби в ответ. Майкл следил за губами лейтенанта и понял, что он произнес «Левелин».

— Спасибо, Свэнн, — улыбнулась Эбби.

Затем с самой добрейшей улыбкой, которую только Майкл наблюдал на лице друга, огромный полицейский почтительно поцеловал Эбби.

— Вот сюрприз: Эбби — в полицейском участке!

Она укоризненно посмотрела на Майкла. Солнце уже спряталось за горизонт, а Эбби допивала энную чашку кофе. Как она ни любила вечер, но усталость брала свое. А до завтрака нужно встретиться с прессой.

— Я ненадолго, Эб, — пообещал он. — А потом мы поедем домой. — Взъерошив волосы, он опять склонился над отчетом, который должен был закончить.

— Домой, куда? — спросила она. — В твой дом, в мой, или в «Амбассадор»?

Он улыбнулся в ответ.

— О, для особых случаев предпочитаю «Амбассадор». Я уже позвонил консьержке, пока ты была с Деросой…

— Ты знаешь, что в этом номере есть тараканы?

Майкл посмотрел на часы.

— Да, конечно. Сейчас около шести, не так ли, Анастасия?

Эбби не смогла удержаться от усмешки.

— Как в «Гунне»? Привыкай, приятель. Я мила по утрам — именно тогда, когда ты оставляешь пистолет.

Майкл наконец завершил отчет и присел рядом с ней на стул около письменного стола Свэнна. После пережитой ночи оба выглядели ужасно. Майкл откинул с ее лица волосы родным, привычным жестом.

— Думаю, что смогу примириться с тараканами, но нашу свадебную ночь ничто не сможет омрачить. Назначь ты день нашей свадьбы.

— По утрам ты почти так же мил, как и я, — расщедрилась Эбби… Свадебная ночь?! — Ее голос замер от изумления и радости.

— Я устал от тревоги за тебя, — сказал растроганный Майкл, — когда ты вечером добираешься до моей квартиры. Ты всегда должна находиться там.

Эбби улыбнулась Майклу.