Любовь и риск

Весь участок держал пари: сколько еще времени потребуется ему, чтобы сорваться. Никто, однако, не сомневался, кто станет жертвой срыва. Все посвященные в события, это знали.

Когда Майкл был уже близок к срыву, темнокожий детектив пригласил его после смены в «Участок».

В тот вечер, в четверг, бар походил на сумасшедший дом. Майкл и Свэнн пробились сквозь толпу к старому столику в глубине зала, где они могли бы спокойно поговорить и выпить чего-нибудь крепкого. Майкл взял тройную порцию виски, понимая, что даже эта доза не поможет ему забыться. Майкл ненавидел ложь, а он должен лгать Эбби, что сверхсерьезные дела не дают возможности видеть ее. Но ничего не могло быть хуже, чем представлять ее переживания и не помочь ей, — таковы были условия, в которые его поставил лейтенант Кэпшоу.

Замеченный Эбби «хвост» был вычислен оперативниками почти сразу. Бывший заключенный оказался тощим неряшливым парнем с рябой кожей и пристрастием к поножовщине. До сих пор он не общался ни с кем, кроме жалкой официантки в местной грязной забегаловке. Магнассон проповедовал терпение, а у Майкла оно давно уже иссякло.

Майкл с досадой отмахнулся от дружеской иронии шефа.

— Магнассон нуждается в узде, — сказал сержант Вивиано.

— Меня не интересует, как его воспитывала мамочка, — сказал Свэнн, — но он остается человеком, у которого есть разработанный план действий. Мы всего лишь держим линию обороны.

— У меня нет настроения для таких отвлеченных рассуждений, Свэнн, ты это должен понять.

— Если тебе так скверно спустя всего пять дней, то сделай для нас небольшое одолжение. В ту самую минуту, когда все это кончится, хватай ее и женись раньше, чем она сообразит, во что ты ее вовлек, — ответил лейтенант.

— Мне скверно не потому, что я не с ней, это от того, что я не знаю, в каком она состоянии.

— С ней все в порядке, можешь мне верить.

Майкл выпил еще немного виски и подумал о нескольких томительных прошедших днях, полных тревоги и здорово измотавших его нервы…

От него потребовалось все его мужество и опыт, чтобы преодолеть напряженность, возникшую между ним и уличными бандами. Но больше всего Майкл боялся упустить «нехорошего парня», который, как говорил Магнассон, находится под его контролем.

Он тосковал без Эбби.

Если она находится в безопасности, думал он, то все его старания будут иметь какой-то смысл. Но если она в той или иной степени пострадает из-за фанатичной самоуверенности Магнассона, то он, Майкл, дает клятву: этот прилизанный кабинетный хвастун из Агентства заплатит дорогой ценой за случившееся.

— Все, что я хочу сказать, лейтенант, — объяснил Майкл, — лучше этому Магнассону завершить дело как можно скорее. Тут я с ним полностью согласен.