Ловушка. Форс-мажор

Так что в данном случае его выбор был отчасти профессиональным, поскольку выяснилось, что ДПНИ – как самостоятельное явление – жизнеспособно преимущественно в Сети. Лишь немного копнув вглубь, сразу начинаешь понимать, что это, по крайней мере пока, не более чем мощный, многофункциональный Интернет-проект. А Интернет Олейник любил и безмерно уважал.

Не секрет, что в последнее время блоги становятся все популярнее СМИ. Мы все превращаемся в публичных людей и, скорее всего, теряем от этого. Сегодня любой дебил может написать о тебе все что угодно, и теоретически миллиард людей может это прочитать.

Создаются сайты, на которых сотрудники милиции самостоятельно размещают информацию о жуликах. Создаются сайты, на которых девушки многомиллионных городов обмениваются конкретными данными о замужних любовниках… И прочее по бесконечному списку. Темпы поглощения нас Инетом чудовищные. Матрица материализуется, и в результате Земля может превратиться в один большой экран. Она станет голой и холодной, как во второй день сотворения. А человек, рожденный с короткими толстыми пальцами, будет считаться неполноценным. И тогда поздно будет кричать: «Сделайте хоть что-нибудь!» Ибо все мероприятия по контролю за техническими каналами связи Интернета, ныне всепоглощающе проводимые спецслужбами, уже окажутся бессмысленными. А пока…

А пока Николай Олейник, памятуя о том, что настоящая известность приходит тогда, когда твою фамилию перестает подчеркивать Word, завел собственную страничку в «ЖЖ» и навесил на нее несколько довольно провокационных текстов. По большей части удачно скомпилированных из натыренных в Сети – благо там подобного флуда имелось предостаточно.

Через некоторое время повалили комментарии (они и не могли не повалить, так как с помощью специальных программных примочек Олейник успешно накрутил свой счетчик). А еще через некоторое время страничка «Славянского фундаменталиста» (именно такой ник присвоил себе Николай) стала весьма посещаемой и обсуждаемой. Так началась его политико-гламурная борьба. О которой, кстати сказать, в «Российском слитке», естественно, ничего не знали. И в этом был очень серьезный прокол Саныча. Увы, но идеальных людей, не говоря уже о работниках, действительно не существует. Вот и у верного и надежного Саныча имелась своя ахиллесова пята – он ничего не понимал в компьютерах и во всем, что с ними связано. И, соответственно, разбирался в них, как известное животное в цитрусовых.

После позорного, чего там греха таить, бегства Ребуса сначала из Питера, а потом и из России под ласкающие ухо шелест марбельских пальм и рулады набегающих на пляж морских волн, сложившаяся ситуация была подвергнута самому тщательному анализу.