Мальвина Его Темнейшества

 – Но как же так? У меня же… После аварии я не хожу. Ноги закованы в гипс. И не говорю…

– Знаешь, это всё очень трудно объяснить простому обыватель. Говоришь, была авария? И, должно быть, в тот момент ты впервые попала в другое измерение?

– Значит, магия времени запомнила тебя именно такой, какой ты первый раз переместилась. Все, что касается волшебства, не поддается объяснению.

– Хорошо, допустим вы правы. Но, как объяснить, что меня месяцами не было дома, и никто этого не замечал?

– Думаешь, твои перемещения никак не затрагивали время? Если сейчас вздумаю вернуть тебя назад, ты окажешься в той же самой секунде, откуда я тебя забрал.

Птица замолчала, Чародей поднялся из-за стола, отходя к широкому арочному окну, застекленному янтарными пластинками. Так же, как и то, что привлекло мое внимание на первом этаже. Я неотрывно смотрела мужчине в спину, чувствуя недосказанность и ожидая продолжения. У меня всё еще оставалось слишком много вопросов, но язык не поворачивался их задать.

– Правда… – снова начал он трансляцию через пернатую, – Убедиться в моих словах ты уже не сможешь. Это перемещение для тебя стало последним.

– Ты больше не вернешься назад. Все следы твоего пребывания стерлись. Вещи, фотографии, воспоминания других людей… Тебя больше не существует в том мире.

Я подскочила, едва чуя онемевшие ноги. Сердце бешено билось о ребра, словно желая выскочить и улететь. Схватилась за столешницу, чтобы не упасть, и впилась затуманенным взглядом в такую равнодушную, ровную спину.

– Что вы натворили?!

Слова Чародея были жестоки. Еще более жестоки, чем поступок. Потому что причины поступка были еще не известны, а слова – вот они, как ножи, и прямо в сердце…

В глубине души я всегда мечтала остаться в одной из тех сказок, в которые перемещалась моя душа по ночам. Не от того, что мне действительно хотелось прожить чужую судьбу в другом мире. Это была мечта-фантазия покалеченной девочки. Несбыточная, далекая, но так сладко греющая сердце! Она мне была нужна. Необходима, как воздух! Чтобы день ото дня справляться со своей бедой, не забывать, как это: быть здоровой, счастливой, любить жизнь и отчаянно бороться за нее. Но я никогда всерьез не думала отказаться от Лизы, а тем более Сонечки. И что же теперь? Я их никогда больше не увижу?

Губы задрожали, по щекам защекотало.

Чародей обернулся, впиваясь равнодушным ледяным взглядом мне в глаза.

– Думала, все это игра? Развлечение? Отнюдь. Не нужно было влезать в Отбор, а уж тем более побеждать. Ты заняла чужое место.

– Разве я претендую на что-то?! Господи, да я даже не помню подробностей! Всё это недоразумение почти выветрилось из памяти!

Он стремительно приблизился, замирая в одном шаге от меня.