Малыш по контракту

Теперь я могу сказать, что у меня четверо детей, – смотрит на меня с заботой. – Четверо детей плюс нерожденный малыш – внук или внучка, – добавляет спустя секунду.

– Разве это не хлопотно? Зачем вам лишние тревоги и переживания?

– Хлопотно. Переживательно. Мы все очень переживаем, даже Ильяс тревожится, несмотря на хладнокровный вид. Но моменты, когда мы все рядом, когда знаешь и чувствуешь, что у близких все хорошо, перекрывают все плохое. Хорошего всегда больше, Лиля. Просто в плохие моменты бывает сложно разглядеть свет и дойти до конца черной полосы. Иногда даже оказывается, что черная полоса уже закончилось и все, что мешает тебе выдохнуть спокойно и поднять голову, это лишь твои надуманные страхи. Говорю тебе это, как чемпион в категории «накрутить себя за несколько секунд». Просто знай, что в этом доме ты не одна, тебе всегда есть к кому обратиться. Даже просто помолчать. Что ты решила? Спустишься к нам в столовую или отужинаешь здесь? Никто не станет осуждать за твой выбор.

– Я спущусь в столовую.

Мама Ратмира улыбнулась, кажется, она ждала, что я решу отсидеться в комнате вдали от всех и была искренне рада, что ошиблась в предположениях.

Ужин прошел сносно. Я все же чувствовала неловкость, ощущала на себе взгляды, полные интереса и жаркие взгляды Ратмира. Но к концу ужина я даже смогла немного расслабиться и меньше стала думать о плохом. Я была уверена, что мама Ратмира предупредила всех своих домочадцев, чтобы меня не заваливали вопросами. Поэтому ужин шел так, словно я бывала часто в этой компании. Они обсуждали свои дела, интересуясь мимоходом моим мнением на довольно общие темы, где я могла бы поддержать беседу.

Именно ей, маме Ратмира, я обязана комфортным пребыванием в доме Анваровых, особенно в первые дни. Она окружила меня заботой и вниманием, но пристально следила за тем, чтобы это внимание не было душащим, даже отгоняла от меня назойливого Ратмира.

Иногда мне казалось, что он был готов просто быть каждую секунду рядом со мной, в ожидании, что я просто обниму его и скажу, что ни капельки не злюсь!

В первую же ночь Ратмир заявился в спальню и… отправился спать на диван. Я решила воспользоваться советом его матери. Судя по огню, всколыхнувшемуся в темных глазах Ратмира, он был жутко недоволен отказом спать вместе. Но как он не понимал, что мне нужны были границы, чтобы разобраться в себе.

Хотя бы небольшое свободное пространство…

Каждый день неизменно заканчивался тем, что Ратмир приходил в спальню и спрашивал, со скрытым вызовом во взгляде:

– Сегодня я буду спать на диване? Или… – красноречиво смотрел на огромную кровать.

– Даже не мечтай.