Не пара

— Ася, я оставил Кате телефон со своим номером, деньги на счет будут пополняться автоматически, как только сумма станет меньше ста рублей. Пожалуйста, не запрещай ей звонить мне, если она этого захочет! Я… Я не смогу совсем с ней не разговаривать, мне и не видеть-то будет мукой. Не лишай меня хотя бы такого общения.

Я виноват перед тобой, но Катя не должна за это расплачиваться. У меня скоро самолет, я возвращаюсь в Москву и обещаю, что не буду тревожить.

— Ты повторяешься, — тихо проговорила Ася.

— Да, возможно. Я волнуюсь, мысли прыгают. Я бы очень хотел, чтобы ты меня простила и поверила мне, но понимаю, что не принес тебе ничего, кроме горя и разочарования и никакие мои слова и уверения, что я все осознал и сам ужаснулся, тут не помогут. Поэтому я решил, что должен отпустить тебя, отойти в сторону, не хочу, чтобы ты опять убегала и жила, вздрагивая и оглядываясь. Если ты захочешь — все, что в моих силах сделаю и во всем помогу, только скажи. Я очень жалею, что все испортил и так обидел тебя. Если сможешь — прости. И спасибо тебе за Катюшу! Я хочу, чтобы ты знала — ты и Катя — самое дорогое, что есть у меня в жизни. К сожалению, я это поздно понял. Ладно, объявили посадку на мой рейс, если что-то понадобится или… ну, вдруг — звони в любое время. Пока…

— ту-ту-ту…

Вот и все, да? Она ведь этого хотела — чтобы Морозов оставил их в покое? Она добилась своего — он отступил.

Ах, сердце, глупое, отчего же ты не радуешься?

Глава 45

Три месяца спустя.

Ноябрь недаром называют самым грустным и темным месяцем года. Дни уже совсем короткие, снега еще нет, небо низкое, печальное, серое, нудный дождик, голые деревья и земля в останках мокрой грязной листвы. Сыро, промозгло, неприглядно. Прохожие, выныривая из теплого нутра метро, ёжатся, поднимают воротники, ссутуливаются и спешат скорее укрыться в транспорте или каком-либо здании.

Ася уже второй месяц работала секретарем-переводчиком с итальянского языка в большой московской компании. Работа немного нервная и ответственная, но она хорошо справлялась, хотя, поначалу были небольшие сложности. Но отличная зарплата и доброжелательное отношение коллектива помогли продержаться первую, самую сложную неделю, а там все наладилось, устаканилось и пошло по накатанной.

Денег с продажи энской квартиры хватило на переезд и первоначальный взнос за ипотеку и теперь Рядновы жили в собственном московском двухкомнатном счастье. Конечно, за жилье еще платить и платить, но все равно это был уже их дом, и Мария Алексеевна без устали наводила чистоту и уют, полностью освободив дочь от домашней работы.

Деньги, которые передал Влад с дохода от кофейни, Ася решила не трогать. Вот вырастет Катя и пусть сама решает, на что их потратить, Ася работает, у мамы пенсия, на жизнь им хватит.