Медицина катастроф в ином мире 2

Судя по копытцам — сородич Сатти.

Загремев связкой длинных ключей, офицер дрожащими руками подобрал нужный и отпер калитку из стальных прутьев. Унылые пленники, коих было около двадцати, сбились кучкой вокруг пожилого мужчины, лежащего на полу. Сатти сразу же бросилась к нему.

— В сторону! — бросил я, и узники испуганно отползли к стене.

Мужчина дышал, но пульс оказался очень слабым. На вид ему около семидесяти. Крепкий, жилистый, с окладистой бородой. С татуировкой ВДВ и лозунгом «никто кроме нас» на плече. У меня затряслись от волнения руки.

— Спокойно! — проговорил больше для себя.

Я прослушал его грудь, осмотрел на предмет ранений. Руки, ноги вроде бы целы, только следы от кнура и сбитые кулаки. Ну еще бы, такие ребята не сдаются. А вот сильное истощение — это серьезная проблема.

— Вы слышите меня? — спросил я по-русски.

Мужчина вздрогнул и медленно открыл глаза. Уже достаточно рассвело, чтобы он мог рассмотреть незнакомца.

— Чего орешь? Не глухой я… — он облизал пересохшие губы. — Кто такой?

— Сержант Холодов, санинструктор. ВСРФ.

— Да ладно! — мужчина вдруг осознал, что с ним говорят на родном языке.

— Прохладно! — я оскалился так, что губа треснула. — Вы как, живы?

— Где наша не попадала… — он попытался сесть и Сатти тут же пристроилась сзади, давая опору.

— Сатти? Доченька ты моя… — на глазах старика навернулись слезы.

— Она не может ответить, — пояснил я. — Язык отрезан.

— Ах вы ж черти поганые! Да как вас земля носит ублюдков! — старик грубо выругался.

— Идти? — он болезненно усмехнулся. — Я и поссать-то, стоя не смогу. Да и нечем…

Я протянул фляжку с водой. Взяв в руки до боли знакомый предмет, он утолил жажду и горько расплакался.

— Не двигайтесь, сейчас станет легче…

Я применил сразу несколько заклинаний-триггеров, воздействуя на разные системы организма. Так лечение становилось более продуктивным и тратилось меньше маны. Кристалл амулета ненадолго померк, восстанавливая потраченную на исцеление силу.

— Ты тут давно, сержант?

— И… тебе дали благословение⁈ Кто?

— Богиня целителей, — я не сказал всей правды. Но и не солгал.

— А мне — рука в говне, представляешь? Не дали. А ты точно из наших? — он прищурился.

— Ну-ка, скажи, почему ВДВ называют войсками дяди Вани?

— Вообще-то дяди Васи.

— Точно! — выдохнул он с облегчением. — Свой, зараза! Глазам не верю. Столько лет…. Ну-ка руку дай.

Я уперся ногой и помог старику встать. Не без труда, но получилось.

— Саня — я. Александр Петрович Ворохов. Прапорщик в прошлом… Местные кличут Ксандр, а в полку Ворохом прозвали.

— Меня тоже в Патрика переименовали. Русские имена тут слух режут.

— Не думал я, что спасение придет. Да еще из такой дали… Пойдем, судя по запахам, тут у них где-то есть кухня. Нам бы всем подкрепиться.