Месть невольницы. Истинная для дракона

Извиваясь от агонии на полу, она раздирала тонкую плёнку заживающей кожи на своих ожогах и платье на груди, от невозможности вдохнуть.

Боль затопила её целиком, а потом на смену ей пришла темнота. Но не спасительная, нет.

В темноте ещё был огромный жуткий страх, словно тысячи пауков плели вокруг неё свою чудесную ужасающую паутину. Паутина почему то была плотной и обжигающей, Эммили старалась освободиться, размахивая руками, столкнуть пауков, но не выходило.

Кто-то пнул её, закричал, потом куда-то нёс, что-то говорил, вливал в рот какую-то жидкость.

Но она не чувствовала вкусов, не понимала слов.

Не ощущала ничего кроме жара боли. И страха. Огромного всепоглощающего страха. Ей виделось, что король в образе огромного паука собирается растерзать её на кусочки. И она хотела отползти от него и не могла двинутся, чувствуя как острые челюсти смыкаются на её горле…

Вернувшись в кабинет, Азар не находил себе места и наконец решился. Его окутывал сильный страх перед чем-то ужасным. Он не понимал. Но знал точно — это как-то связано с человечкой. И страх этот был сильнее, чем опасения навлечь гнев отца.

Он уговаривал себя, что сильный, а после того, как получил энергию от Эмми, практически непобедим. Что сделает ему отец? Он не позволит. Будет бороться за свою свободу, трон и... Пару…

Тогда он твердо решил, что прямо сейчас пойдет на нижний этаж и заберет её к себе. Насовсем. И будь что будет. В конце концов, он король. Скоро коронация, но он не сможет дождаться её, не видя девчонку. Каждую ночь всё равно снится она, её улыбка, смех, ласка. И ему ужасно хочется повторения… От этого не убежать. И огромное странное беспокойство не дает покоя.

Будто сейчас происходит что-то страшное, а он не знает.

Король широко шагал по плохо освещенному коридору нижнего этажа. И мурашки бежали по его телу от того, что здесь, среди сырости и холода, он оставил свою избранную. Будто впервые увидел, осознал...

Дойдя до поворота к комнатам рабов, у зеркала заметил на полу светлое пятно. Что бы это могло быть? Наклонился… и забыл обо всем на свете.

На каменном полу лежала неаккуратно обрезанная беслонежно-золотая длинная коса. Такая могла быть только у Эмми.

Он бережно поднял её, будто это самая дорогая драгоценность в его коллекции, и убедившись, что никто не видит, быстро спрятал под мундир.

Что же здесь произошло? Почему она обрезала волосы? Или не она? Неужели кто-то мог… И тут он понял страшное: а ведь мог. Она и в гареме-то благодаря тому, что он раскрыл её тайну, перестала быть вольной, а теперь с клеймом с ней могут делать что угодно.

Дракон забился внутри в ярости. Ему с каждым днем всё невыносимее была мысль, что его паре кто-то причинял вред.