Месть невольницы. Истинная для дракона

Понятно, почему он презирал её.

Вопрос прозвучал неожиданно.

— Я могу что-то для тебя сделать?

— Я не понимаю, господин...

На лице короля отразилось раздражение.

— Я просил не называть меня так!

— Прошу прощения, Ваше величество, — её голова склонилась еще ниже. А он снова заговорил тихо, будто извинялся. Перед кем? Перед ней? Нет, это невозможно.

— Эмми, ты чего-то хочешь?

— Нет, Ваше величество. Больше ничего.

Больше ничего.... Да, раньше она хотела. Сколько всего рассказывала своему Азару, когда думала, что они вместе, что она для него истинная, особенная.

Любимая... Теперь желаний, и правда, не было. Как не было больше и её Азара.

Спасибо, что король её не бьет. Но если попросить не наказывать больше, он же наверное может рассердиться, и она промолчала.

— Завтра тебе подготовят твою личную комнату, тебе же нравились комнаты на этом этаже, правда?

— Наверное, Ваше величество.

— Подойди, — последовал властный приказ. Вот снова, сейчас начнется...

Она приблизилась и встала рядом, не поднимая головы.

— Смотри мне в глаза, Эмми. Прошу...

Может ему и казалось, что он просил. Но только по факту — опять приказывал.

Разве может она не выполнить его "просьбу"? Значит, это приказ.

Она напряженно подняла взгляд, на мгновение показалось, что он может её сейчас ударить. Её часто здесь бьют. А он точно мог бы. Жуткий, страшный, жестокий король. Как она могла считать этого человека (ну ладно, дракона) близким, родным? Как можно было так ошибиться?

— Я больше никогда тебя не обижу, не бойся и… Прости.

Нет, это ей послышалось. Он бы так не сказал. И она промолчала.

— Идём к окну. Обними меня, пожалуйста, — сам уложил её руки себе на плечи.

— Ты можешь попросить меня о чём захочешь. Всё исполню, никаких исключений.

— Что угодно, Ваше величество? — Она спросила тихо, еле слышно. Боясь, что снова показалось. И не шевелилась.

— Да, Эмми, я всё для тебя сделаю.

Если это и игра, и он снова посмеется над ней, то она наверное переживет. Уже столько пережила. Но упустить свой шанс нельзя. Эммили вдруг поняла, что кое-чего ей всё же хочется.

— Тогда... я хочу... выполнения обещания...Амулет. Чтобы вернуться. Домой.

Он смотрел на неё огромными глазами, в которых явно читалось сомнение и растерянность.

Хорошо, что не злость. Ну вот, пообещал, а исполнять не желает. Так она и думала. А может и вовсе забыл, что когда-то говорил, что подарит ей амулет.

— Раз обещал, то выполню.

— А... Когда? — Позволила себе очередной робкий взгляд из-под ресниц.

— Хорошо, — выдохнула она, и на лице появился даже намёк на улыбку, которая тут же погасла. — Не обманешь?

Сама не ожидала, что так обратится к нему. Но впереди маячила возможность вернуться к любящим родителям, и это даже немного обрадовало.