Месть невольницы. Истинная для дракона

Главное, что у него будет она! И почему он раньше этого не понял?

Уже вечером, уточнив, что Эмми у себя, он сам пошел к ней. Не терпелось посмотреть на неё прежнюю. Ей же так нравилось то, что он дарил ей раньше. Да, ее платья раздали служанкам, когда перевели в подвал. Но теперь ей сошьют гору новых! Самых лучших и дорогих.

Конечно, объявлять фавориткой, еще и главной, человечку, с его стороны было очень рискованно. Никто из высших драконов не одобрил бы. Но ему так хотелось увидеть вновь огонь в её глазах при взгляде на него, что не смог противостоять себе сам.

Девушка стояла у окна и смотрела в сад.

И он даже обрадовался, вспомнив, с каким восхищением раньше она говорила про его растения. Но она обернулась всё такой же безжизненной, ещё и поклонилась ему.

И снова больше не поднимала головы.

Тогда он сам приподнял её подбородок, ища на её лице хотя бы радость, если уж восторга не дождался.

— Тебе нравится здесь, Эмми?

— Наверное, Ваше величество.

— К тебе приходил портной? И ещё должны были принести драгоценности.

— Покажи мне, что выбрала, — он тепло улыбнулся. Ему было и правда интересно, но почему-то был уверен, что бриллиантам она предпочла жемчуг.

— Ничего? Почему? Тебе ничего не понравилось?

— Мне ни к чему, господин.

И он едва сдержал волну ярости. Дракон тоже злился, не понимая, что ещё не так. Ну не могло ей ничего не понравиться! Да каждая мечтает хотя бы посмотреть на его сокровищницу! А для неё он открыл её всю! Готов был отдать ей все свои богатства!

Она, совершенно точно, наказывает его. И что, что он заслужил? Но сколько можно-то. Извинился же, сказал, что больше не нужно бояться, сделал фавориткой, дал просторную комнату и красивую одежду.

Он к ней с добром, а она…

— Ты хочешь чего-то другого, Эмми?

Ну в самом деле, мало ли какие предпочтения у человеческих девушек из другого мира. Раньше он не давал ей выбора, дарил на свой вкус… Только все забрали потом и раздали гаремным невольницам. С его молчаливого согласия.

— Нет, господин. Вы и так уделили мне очень много времени.

Ладно, разберется с этим позже. Он помолчал, подбирая слова.

— Эмми... Я прошу тебя прийти ко мне сегодня вечером... Не приказываю. Прошу. Понимаешь?

— Как пожелаете, Ваше величество. Если Вы скажете, я приду.

И все это с таким безразличным выражением лица, будто ей, и правда, все равно. Но ведь это не так! Не может быть всё равно! Если не хочет, так и сказала бы, к чему это всё?!

И он ей это сейчас докажет. Подавив злость, обманчиво спокойно он спросил:

— Эмми... А ты пойдешь к любому, на кого я укажу?

Она замешкалась на секунду, и лишь на мгновение в глазах мелькнула паника — как он и предполагал, но потом будто решилась, и ответила все тем же безэмоциональным голосом, глядя сквозь него в стену.

— Как прикажете, господин.