Месть невольницы. Истинная для дракона

А война почти проиграна, если их что-то и сдерживает, чтобы не занять столицу сегодня же, так это страх, что драконы после оборота могут быть не контролируемы. Хотя я почти подписал пакт о капитуляции.

Эварду совсем не понравилось пренебрежение в ее тоне, но в данной ситуации лучше сделать вид, что не заметил.

— Я главнокомандующий армией и действую от имени Его величества.

— Вот как… И где прежний главнокомандующий?

— Понижен до командующего взводом… Послушай, Эммилия, я понимаю, у тебя иной статус и все такое, но с военными делами я разберусь сам, пока король временно отсутствует, без участия… — Он пожевал губу, подбирая менее обидное слово. Наверняка хотел назвать её рабыней, грязной человечкой, наложницей. — Женщин.

Так значит короля нет в замке? И Эммили даже дышать стало вроде бы легче. Отлично. Но где бы он не был, его друг и советник разваливает ему страну. И этот факт ей совсем не нравился. По крайней мере, раз уже здесь её сын.

— Позволь мне самой принимать решения о том, с чем я буду разбираться. И раз уж Его величество отсутствует, то просвети меня и про нахождение принцессы Айвери. Или уже королевы?

И снова странный взгляд в пол Эдварда подтвердил, что что-то тут не чисто.

— Она отбыла в монастырь.

— И когда возвращается?

— Думаю, что она не вернется. Свадьба не состоялась.

Вот как. Час от часу не легче.

От вереницы вопросов в голове Эммили сжала пульсирующие болью виски, лишь на пару секунд выпустив руку ребенка. Но тут же взяла её вновь, почувствовав успокаивающую энергетическую волну от него. Выдохнула.

— Ты действительно планируешь добровольно сдаться в войне?

— Мне ничего не остается, как принять это нелегкое решение, Эммилия. Король появится нескоро. А значит, все его обязанности возложены на меня. И мне решать…

— Разумеется, если нет наследника трона. Не так ли?

Назвать вид Эдварда обескураженным — не сказать ничего. Такого развития событий он явно не ожидал. Эммили не интересовало, где носит короля во время войны, но позволить враждующим соседям сесть на трон, что принадлежит роду её сына, она не позволит. Понятно же, что в таком случае жизнь ему не сохранят. И если королю, как и его советнику, плевать на все и всех, главное, что им наверняка пообещали жизнь, то ей-то есть за кого бороться. Разумеется, эти мысли Эммили не озвучила, ожидая реакции на свой вопрос от недочеловека.

— Эммилия, о чем ты говоришь?

Его голос дрожал, рождая в душе девушки приятный вкус отмщения. Когда-то она оттирала пол перед его ботинками, склонив голову, а теперь он боится ее как огня. И правильно делает.