Месть невольницы. Истинная для дракона

Король чувствовал уже кровь на лице, но продолжал биться, надеясь, что однажды сможет отказаться от этой бессмысленной жизни. Без нее. Без её улыбки. Без ласковых наивных объятий.

Да он готов отдать всё, что имеет, чтобы только раз увидеть её живой, с прежним блеском в глазах. Даже если придется выжечь на своем лбу это жуткое клеймо…

И пусть он выжег десятки, сотни таких же на своем теле — этого было мало. Ведь по трусости тогда он снова скрыл свои ожоги одеждой, чтобы подданные не усомнились в том, что он — достоин трона.

Каждый раз, прислоняя к себе раскаленное железо, он думал только о том, как после такой боли — если даже он не мог сдержаться и тихо стонал, со своим уровнем драконьей регенерации и повышенным болевым порогом — она, милая, нежная, тонкая осталась жива…

Сколько раз он слышал её зов из того злополучного подвала, даже после того, как завалил его камнями.

Да только это не заглушило в его голове её крик, мольбы и совсем тихо, что было подвластно услышать только ему, — «Азар»… Наверное даже в пытках она не смела позвать его просто по имени громко, чтобы не слышали другие… Чуткая, трогательная человеческая девочка. Принесшая ему дар Великого алмазного духа, а в благодарность получившая пытки и наказание.

Понимая, что это он обрек на страдания, она продолжала звать его, надеялась, что он придет и защитит. А он… Даже не забрал её бессознательное тело оттуда. Снова просто ушел и заперся в своих покоях, пытаясь отвлечься на развлечения с друзьями и пустыми девицами.

Король продолжал биться о стены, жалея о том, что его век не подошел к концу, хотя он не ел уже несколько месяцев, магия дракона продолжала подпитывать его тело.

Как же он его ненавидел.

И казалось бы, что может быть страшнее тех воспоминаний?

Память подкидывала картинки их долгих разговоров, её счастливых светящихся глаз, озорной улыбки, нежных поцелуев, которых больше никогда не будет.

Он смотрел вслед девушке с таким пугающим своим безразличием взглядом. Это правда она? Эммилия? Совсем другая, незнакомая… Такая степенность, даже величие, спокойствие, граничащее с полнейшим равнодушием. Такую её он не знал.

Счастливую, веселую, потом поникшую, пустую, смирившуюся и покорившуюся всему — да, но сейчас… Словно королева была перед ним. Его королева.

Но она никогда бы не вернулась сюда. Не пришла бы к нему. Не пожелала видеть. Тем более — говорить.

Наследник... Неужели у него и правда есть сын? Но это же не может быть правдой. Только в древних легендах писали, что человечки дарили жизнь полноценным драконам, и то при целой совокупности других условий. С тех пор ни одного такого случая не известно.