Мятежная леди

— Да уж, представляю, — шепотом отозвалась Флори, явно опасаясь разбудить малыша, но воинственно уперев руки в бока. — Я вхожу тихо, как мышка, чтобы не разбудить ни вас, ни младенца, и что вижу! Вы стоите с сорочкой на голове. — Она оглянулась на колыбель. — Но какой же он сладкий крошка!

— А как вы собираетесь его назвать?

— Поверишь ли — не знаю! Можно было бы назвать его Томасом в честь моего отца, но Мейри уже назвала так своего сына. И, по правде говоря, я отлично знаю, что папа не обрадовался бы, достанься его имя одному из Джардинов. Дедушку с отцовской стороны звали Робертом, но так зовут мужа Мейри. А еще это имя короля Шотландии да одного из его противных сыновей.

— И уж точно вы не назовете сына в честь его собственного папаши, — заявила Флори.

— Не назову. Не назвала бы и в честь его ужасного деда, если б даже знала старого Джардина по имени.

— Кажется, мне говорили, что его звали Джон. Или Гилберт? — Флори пожала плечами.

— Надо бы знать поточнее, — сказала Фиона. — Мне самой нравится Гилберт.

— Ну да, и все звали бы его Гил. Так ведь? Гил Джардин!

— Боже упаси! Ты права. Не хочу, чтобы его имя хоть чем-то напоминало Уилла Джардина. Но что, если назвать его Арчи, в честь лорда Галлоуэя?

— Его полное имя Арчибальд, — возразила Флори. — Похоже на слово «балда».

— Да, придется подумать, — согласилась Фиона.

Ей пришло в голову, уж не вздумает ли Керкхилл сам заняться выбором имени для новорожденного. Кстати, это было бы неплохо — тогда она получит полное право в открытую восстать против него. Пусть Керкхилл и является опекуном ее сына, но сын-то ее, не его.

— Вам пора назад в постель, — заявила Флори.

— Вот как? — сказал Фиона, глядя на горничную с вызовом.

— Но так надо, — сказала Флори. — Я только хотела взглянуть, спите ли вы, однако знаю точно, что леди Фелина уже спустилась к завтраку. Если я ей скажу…

— Ты ничего ей не скажешь, если не хочешь, чтобы я рассердилась. Я желаю мяса с хлебом и эля, как обычно, И хорошо, если бы моя мать пока меня не навещала. Я отправила матушку Битон отдохнуть, а сама лягу только после того, как поем. Ведь мне было не до сна целых две ночи! Но потом я встану. Я не больна. Всего-навсего родила ребенка.

Флори посмотрела на нее внимательно, словно чего-то не договаривая. Потом горничная, очевидно, решила, что благоразумней всего молчать. Кивнув, она вышла из спальни хозяйки.

Фиона села перед колыбелью.

— Доброе утро, мой крошка сынок, — прошептала она спящему младенцу. — Это твой второй рассвет, и мы наконец одни. Интересно, что ты обо мне думаешь?

Он такой славный! А. разве знала она, что такое быть матерью? Примера с собственной матери ей брать не стоило: Фелина не баловала дочерей вниманием. Ее время уходило на бесконечные беременности в попытке родить мужу наследника.