Милая пленница

Горький запах проник в ноздри Александры, и она скривилась от отвращения. Но горничная была непреклонна:

— Ну, всего два-три глоточка. Это вам поможет, уж поверьте. Мой отец мог бы в этом поклясться, а уж ему ли не знать, если он напивается вдрызг по три раза в неделю.

Не открывая глаз, Александра нащупала чашку, схватила ее дрожащими пальцами и заставила себя сделать глоток.

— Еще капельку, мисс.

Александра глотнула еще. Горячая жидкость обожгла ее горло, и желудок тут же протестующе сжался.

— Боже мой!.. Лили, дай таз…

Затем тошнота неожиданно прошла. Александра медленно открыла глаза.

Голова у нее все еще болела, но уже не так сильно.

Допив кофе, Александра почувствовала, что пришла в состояние, немного похожее на нормальное. Она подошла к окну, открыла его и глубоко вдохнула прохладный чистый воздух. На востоке по небу плыли розовые и пурпурные облака, над склонами холмов клубился легкий туман…

Действительно, отличное утро для верховой прогулки, решила девушка.

Лили развернула перед Александрой костюм для верховой езды — из красновато-коричневого бархата, с перчатками и ботинками того же цвета.

Таких амазонок Александра еще не видела — платье было в архаичном стиле, у него был очень узкий лиф и сшитая из двух не соединенных между собой кусков юбка. Но Лили уверила Александру, что на ней амазонка будет выглядеть просто чудесно. Спустя двадцать минут Александра, чувствуя себя заново родившейся, спустилась по широкой лестнице и приветливо улыбнулась лакею, распахнувшему перед ней дверь.

Герцог ждал ее возле конюшен. Сердце Александры чуть подпрыгнуло, когда она увидела, с какой веселой внимательностью рассматривает ее Хоук.

Она бы очень хотела вспомнить все, что происходило накануне вечером…

— Вы знали! — сердито воскликнула она. — Вы знали, что будет потом!

Серебристые глаза оглядели ее лицо, чуть задержавшись на бледных щеках, на синяке, темневшем на виске.

— Разумеется, я знал, но ты вела себя так храбро!

— Да, вам такое состояние должно быть хорошо знакомо, — негодующе сказала Александра. — Могли бы и предупредить меня!

— А ты бы меня послушалась? — На долю мгновения в воздухе между ними повисло напряжение.

— Нет, — признала Александра. И расширившимися глазами неуверенно посмотрела на герцога.

 — А… а что вообще было вчера вечером?

Хоук лениво улыбнулся:

— Ты ничего не помнишь?

— Разумеется, нет, иначе бы я не спрашивала, черт побери!

— Какой удар по моему самолюбию! Для меня это самое настоящее потрясение! — И Хоук печально покачал головой.

— Лжец! — прошептала Александра, охваченная ужасом.

— Вот как? Разве ты не помнишь мои руки, мои губы…

Александра стиснула зубы: кое-что она вспомнила… Но только до того момента, как герцог усадил ее в кресло.