Милая пленница

Его серебристо-серые глаза поблескивали так, словно он прочитал ее мысли…

Чтобы хоть отчасти скрыть свою слабость, Александра ограничилась холодным кивком, а потом подняла упавшую книгу и демонстративно раскрыла ее.

— Неужели это так интересно? — насмешливо поинтересовался Хоук.

Александра откинулась на спинку дивана.

— Вы бы, ваша светлость, безусловно, предпочли, чтобы женщины ничего не читали, чтобы они всегда были простодушны, наивны, необразованны и абсолютно не умели думать.

Хоук подошел к креслу, стоявшему рядом с диваном, и уселся в него с ленивой грацией, приведшей в окончательное расстройство все чувства Александры. Рассердившись, она уставилась в пол, но тут же ее взгляд наткнулся на ноги Хоука, на четко обрисованные плотно облегающими брюками мускулы…

А Хоук, казалось, с полным безразличием вытянул ноги так, что они почти коснулись туфелек Александры.

— О нет, простодушие мне не нравится. Во всяком случае, в определенных вопросах.

Александра резко отодвинула ноги, проклиная себя за то, что к ее лицу мгновенно прилила кровь. Разъярившись, она твердо решила не дать Хоуку заметить, насколько удачны его провокации. Раскрыв книгу, она невидящими глазами уставилась в нее.

Тут же послышалось легкое покашливание, и сильные пальцы Хоука забрали у нее томик. Он посмотрел на обложку.

— Это просто очаровательно! «Практическое эссе о научно обоснованном ремонте и поддержании дорог», — вслух прочитал он. — Автор — Джон Макадам. Похоже, мисс Мэйфилд, тебя очень интересуют гравий и щебенка?

Александра готова была завизжать от ярости.

— Я читала последнее сочинение мисс Остин, если хотите знать, и сейчас случайно взяла эту книгу, когда вы так грубо меня прервали.

— Прервал? Грубо? Но ведь это, в конце-то концов, мой дом. Впрочем, сегодня мне не хочется спорить. Вот твой роман, — лениво произнес он и протянул Александре книгу, держа ее так, что девушка не могла забрать томик, не коснувшись его пальцев.

Она колебалась, проклиная себя за то, что дрожит, как дебютантка перед первым балом. С ледяным выражением лица она взялась за книгу и выдернула ее из пальцев Хоука, но тут же снова уронила на ковер.

— Ты сегодня слишком небрежна. Александра не удостоила его ответом.

— Ну, я все-таки уверен, что ты способна сдерживать свое раздражение. Потому что иначе из тебя не выйдет хорошей гувернантки. — Герцог наклонился, чтобы поднять книгу, и при этом сумел задеть рукой ногу Александры.

От его прикосновения по всем мышцам Александры словно проскочила искра, и она внутренне сжалась… Сердце забилось сильнее, она вдруг вспомнила их яростную страсть во время грозы… Она лишилась дара речи, и в ответ на слова Хоука смогла лишь что-то невнятно пискнуть.