Милая пленница

 — Это не сон, это в самом деле я…

Герцог медленно поднял голову и всмотрелся в прекрасную женщину, сидевшую на его кровати. Он моргнул и потряс головой, боясь поверить собственным глазам, боясь, что бренди слишком затуманил его мозг…

— Люби меня, Хоук… Позволь мне любить тебя… — Длинные изящные руки протянулись к нему…

Хрипло застонав, Хоук, спотыкаясь, бросился через комнату к кровати и упал перед женщиной на колени. Она вгляделась в его лицо, и мягкая улыбка тронула ее алые губы.

— По крайней мере ты меня не забыл.

— И никогда не забуду, — пробормотал он, срывая с себя смокинг и жилет, страстно желая поскорее ощутить всем телом ее теплую кожу. Она принялась помогать ему, расстегивая рубашку, потом брюки…

И через мгновение он уже стоял перед ней полностью обнаженный, пылкий и настойчивый… А когда ее прохладные пальцы коснулись напряженного мужского естества, Хоук едва не лишился дыхания. Его охватило пламенем…

Он желал большего, он стремился к ней, а ее пальцы медленно, искусно двигались…

Снаружи, в коридоре, послышались чьи-то легкие шаги, приближавшиеся к двери спальни, и вдруг где-то в глубине сознания Хоука проснулась неуверенность.

Он нахмурился, пытаясь совладать с жаром, сжигавшим все его тело. Шаги в коридоре затихли. Повернулась ручка двери.

— Хоук?.. — Это был едва слышный шепот, мягкий и неуверенный. — Ты здесь?..

Похолодев, он уставился в блестящие глаза женщины, сидевшей перед ним на кровати.

— Боже!.. — вскрикнул он. — Это невозможно!..

И в этот-то момент Александра и увидела Хоука вместе с его законной и абсолютно живой супругой… изящные пальцы Изабель обхватывали напряженное естество мужа…

Александра задохнулась от ужаса, настолько ошеломленная предательством Хоука, что даже не подумала о том, как, собственно, могла воскреснуть его жена… Со сдавленным рыданием она бросилась прочь, стремясь избавиться от кошмарного видения…

— Стой! — хрипло закричал Хоук, но любимая женщина уже исчезла.

— Чертов лживый змей! — донеслось до него из коридора. — Желаю вам обоим наслаждений!

Издевательский хохот Изабель разнесся по комнате.

— Прочь, дьяволица! — прогремел Хоук, но его жена лишь крепче стиснула пальцы.

С грубым проклятием Хоук схватил ее за запястья, сжав их с такой силой, что, казалось, вот-вот хрустнут кости. Тогда Изабель отпустила его, упала на кровать и рассмеялась.

Хоук яростно натянул брюки и бросился к двери. Мимо двух ошарашенных лакеев он пронесся к лестнице. Входная дверь была широко распахнута, и он выбежал на улицу.

За углом скрылся несущийся во весь опор экипаж…

— Александра! — закричал Хоук.