Ненужные дети. Прошлое между нами (СИ)

Закатывает глаза, затем машет рукой. Мол, разговор окончен.

Ладно, как хочешь, брат. Но я уверен, что сделай он хоть один неверный шаг, то Вика уйдет. А этот идиот будет за ней таскаться. Не сможет отпустить. Сейчас ни черта не понимает. Без понятия, что у него в голове, но пожалеет он быстро. Не дай бог, повторит мои ошибки...

— Ты с родителями на связь вышел? — меняет тему.

— Нет. Зачем? У меня нет родителей. Забыл?

— Бля, ну тут такое дело... Знаю, конечно, что простить сложно...

— Не сложно, Мих. Просто невозможно. Я им говорил, что если помрут — даже на могилу не приду.

Ибо они мне всю жизнь испоганили. Я бы никогда не поверил, что родители могут таким образом уничтожить собственного ребенка, если бы не мой личный опыт. Никому такой родни не желаю...

— Да понятно, Вик... Я бы тоже не простил. Но просто встретиться надо бы, что ли... Каким бы дерьмом они не были, все же твои родители. Мне мать жаль, честное слово. Кстати, ты в курсе, что теперь твой отец её поддерживает? Ну, как бы у него же была другая. Не смотрел в сторону твоей мамы. Лишь использовал... А сейчас он только с ней...

— Плевать, — говорю и сразу же поднимаю голову, услышав стук в дверь.

— Заходите.

Совсем неожиданно, но на пороге стоит Маша с папками на руках.

— Надеюсь, не помешала, — говорит насмешливо. — Мне ваша подпись нужна, Виктор Владимирович.

— Конечно, Мария, проходите.

Миша, рассмеявшись, поднимается с места и выходит из кабинета. А Маша, положив папки на стол, направляется к двери.

— Ты куда?

— Маякните, когда все будет готово, Виктор Владимирович. Я приду за документами. А сейчас мне нужно работать и готовиться к совещанию.

Гребаное совещание. Нужно было отменить или назначить на другой день.

Потому что мы с Машей будем усталыми, а я хочу энергию оставить на детей и по полной с ними развлечься.

Ближе к пяти всё-таки освобождаемся. Выходим из конференц-зала одновременно и Маша, забрав свою сумку, возвращается к лифтам, где я ее жду. Совершенно все равно, что о нас будут говорить. Ибо я не собираюсь скрывать свои отношения как школьник. Да, я чувствую, как оглядывается Маша. Ей некомфортно и конечно, ее беспокоят сплетни, которые уже распространяются по офису. Опять же — плевать. Потому что рано или поздно я ее снова сделаю своей.

В этот раз навсегда. И тогда скрывать будет нечего.

Забрав детей, едем в торговый центр. По словам Маши, тут есть все, что любят дети. Развлечься они смогут по полной.

Садимся за стол. Даша рядом со мной, а Саша с матерью.

— Сегодня я не буду вам что-либо запрещать, — говорит Маша с улыбкой на лице. — Поэтому, заказывайте что хотите.

А теперь и сын улыбается, от чего мое сердце ускоряет темп от понимания, что чуть осталось. Он тоже назовет меня папой, кинется мне на шею. Обнимет, поцелует.