Молчание матерей

В нескольких метрах от него китайская пара звонила кому-то по видео, стоя на стеклянном мостике, соединявшем две террасы. Они показывали собеседнику Мадрид – город, который всегда находится в движении. Сарате иногда становилось не по себе от столичных скоростей и бешеного ритма мадридской жизни.

Он избегал Элену и отстранился от расследования. Он раздумывал, как раздобыть хоть какую-то дополнительную информацию о гибели отца, когда ему позвонила Рейес и назначила встречу на этой террасе. Видимо, унаследовала мажорские замашки Рентеро. Она отказалась обсуждать что-либо по телефону, так что Сарате оставалось только согласиться. Они не настолько сблизились за время совместной работы, чтобы Рейес, столкнувшись с трудностями, попросила его о помощи; скорее она обратилась бы к Ордуньо или к Элене. Сарате сделал глоток пива и увидел Рейес. Она была в простых джинсах, футболке и куртке с вышитым на спине черепом. Рейес кивком позвала его на боковую часть террасы, с которой открывался вид на башни «Ворот Европы».

– Я мог бы и домой к тебе приехать. За такси заплатил бы меньше, чем за эту бутылку пива… Ты уже что-то заказала?

– Да, бокал белого вина. Ко мне домой могли заявиться ребята из бригады Вильяверде. А здесь такой опасности нет: на этой террасе любой из них будет как негр на сборище ку-клукс-клановцев.

– У тебя с ними проблемы?

– Так, по мелочи, я разберусь.

Официантка принесла вино. Сарате наблюдал за Рейес. Он никогда не видел ее в таком состоянии – в каждом движении девушки сквозил страх. Рейес сделала большой глоток, напряженно улыбнулась и оглядела посетителей ресторана, чтобы убедиться, что их никто не подслушивает.

– В чем дело, Рейес?

– Несколько недель назад я была на празднике у комиссара Асенсио, не знаю, слышал ли ты о нем. Он вышел на пенсию. Праздник проходил в «Веллингтоне», там была половина моей семьи.

– Ваша семья в таких местах чувствует себя как рыба в воде. Наверное, это у вас в крови.

– Асенсио долго и пафосно говорил; кажется, он вспомнил каждый день из сорока лет своей службы. – Рейес словно не решалась перейти к сути дела. – Я не знала, что он начинал работать с Гальвесом и Рентеро. И с твоим отцом. Его звали Эухенио, верно?

Взгляд Рейес наконец остановился на Сарате. Вдали среди смога вырисовывались черные силуэты башен. Сарате смотрел на них: он не ожидал, что Рейес сообщит ему что-то об отце.

– Отец погиб в перестрелке, преследуя грабителей. Так мне всегда говорили, но это неправда.

– Ты слышал о деле «Мирамар»? – Рейес прочитала на лице Сарате недоверие. Неужели он думает, что ее подослал Рентеро? Ах, если бы! Тогда все было бы значительно проще. – Я на твоей стороне, Анхель. И, поверь, мне было нелегко решиться на этот шаг.