Молчание матерей

– Вы давно ее не видели?

– Отец не пускал ее к нам. С тех пор как она сказала, что решила стать женщиной, мы виделись всего трижды, последний раз – примерно полгода назад. Но мы разговаривали каждую неделю. Кто это сделал?

– У нас есть подозреваемая, но… Вы согласитесь выпить со мной кофе?

– Не знаю, согласится ли муж…

Дон Карлос отправился договариваться о похоронах, разбираться с документами и решать другие проблемы, которые мертвые невольно доставляют живым, а его жена продолжила беседу с Эленой.

– Карлос, мой сын, всегда был особенным. Думаю, я все поняла даже раньше, чем он сам… У вас есть дети?

– Был сын, он умер, – после паузы сказала Элена. Она чуть было не ответила, что у нее было двое детей, Лукас и Михаэла, и обоих она потеряла.

– Мне очень жаль. Тогда вы знаете, каково это.

– Да, и поэтому мне стыдно задавать вам все эти вопросы. Но я хочу найти преступника..

– Не беспокойтесь, я все понимаю.

– Дочь говорила вам, что хочет детей?

– Думаю, она не могла, несмотря на все операции.

– Прошу прощения, я имела в виду не это. Не забеременеть, а стать матерью – усыновить ребенка, например.

– Она любила детей, но мне ничего такого не говорила. Почему вы спрашиваете?

– Убийство вашего сына напоминает другие, жертвами которых стали клиенты фирмы, нелегально предоставлявшей услуги суррогатных матерей.

– Разве для этого не нужна сперма отца?

– Не думаю, что после нескольких лет гормональной терапии моя дочь могла… И сомневаюсь, что она хотела завести ребенка со своей девушкой.

– У нее была партнерша?

– Да, где-то год. Но это было не всерьез, а так, на время; такие вещи мать всегда чувствует.

– Ее зовут Луна, она работает на заправке, на Ронде-де-Сеговия. Красивая девочка с голубыми глазами, но глуповатая, без образования… Знаю, матери всегда кажется, что ее ребенка никто не достоин, но Луна правда звезд с неба не хватает. А моя дочь всегда была умницей.

– Чем занималась ваша дочь?

– Пока она была Карлосом, работала в компьютерной фирме; потом из-за этой ситуации со сменой пола ее уволили. Но она не пала духом, наоборот. Говорила, что в той компании ее эксплуатировали и что больше она ни за что не вернется в офис. Собиралась заниматься собственными проектами.

Эльвира печально улыбнулась:

– Она не успела, инспектор. Но она бы точно далеко пошла, я уверена. Стоило Монике наметить цель – и ее было не остановить.

Сарате стоял на террасе отеля «Риу». Площадь Испании и Гран-Виа расстилалась у него под ногами. Он чувствовал себя лишним среди иностранных туристов, фотографирующих виды, и богачей, спускающих в местном ресторане баснословные суммы. В руке Анхель держал бутылку пива; в своем районе он за те же деньги купил бы четыре таких.