Мужчина-сказка, или Сейф для любовных улик

У одних, путешествовавших по реке, лодку унесло с провизией и документами, другие попали в нехорошую компанию с игрой в карты, где их обчистили, ну и так далее. Истории стандартные, я таких сотню могу поведать.

Фрося слушала тетку и думала – ну вот зачем та ей все это рассказывает? Ворвалась к незнакомому человеку в номер ночью, чтобы поговорить по душам? Захотела вспомнить русского мужчину? Потренироваться в уже полузабытом языке? А Люсьен продолжала:

– И только два раза за год моего здесь обитания в приюте оказывались молодые и ухоженные женщины.

Одна – француженка, потерявшая память, другая – полька, которая попала в неловкую ситуацию, и ей было некуда идти. Да, две таких женщины, как ты, – повторила Люсьен, внимательно глядя на Фросю.

– Выходит, я – третья? – улыбнулась Кактусова, не зная, что тут сказать.

– Я, конечно, не хочу терять это место, но… – придвинулась поближе Люсьен. – Да я толком ничего и не знаю! Только обе те женщины пропали. Да, да! Появились тут, симпатичные и одинокие, и исчезли с концами. Я понимаю, что два случая – еще не система, но тенденция очень нехорошая.

Вот я и хотела тебя предупредить.

– Как пропали? – не поняла Ефросинья, но улыбаться перестала.

– Нет, искали. Но не нашли. Последний раз их видели входящими в свой номер, и все… Остановились на версии, будто им тут жутко не понравилось, они не захотели оставаться в приюте и, чтобы никого не обременять и не будить, удалились по-английски. Может, и правда. А если нет? Вот и мучают меня смутные сомнения, что неспроста те красавицы исчезли. Ой, не смотри на меня так! Хочешь знать, почему в полицию не пошла и никому ничего не рассказала? А с чем идти-то? Со смутными сомнениями? Да кто меня вообще слушать бы стал! Еще, не дай бог, место бы это потеряла… Полиция же была, пыталась их найти, но не нашла.

И чего же мне соваться? Единственное, что я могу сделать, так это отслеживать поступление сюда молодых, симпатичных и одиноких женщин. Вот ты появилась, такая умная и приятная, и я не смогла не прийти и не предупредить.

Фрося снова закуталась в одеяло. Почему-то рассказ женщины сильно напугал ее.

– А куда они пропадали?

– Откуда же я знаю?! Но вот знаешь, не думаю, чтобы с ними происходило что-то хорошее. А выпить у тебя не найдется?

– Нет, – растерялась Ефросинья от резкой смены темы.

– А у меня есть! – сверкнула Люсьен улыбкой, при которой явственно обозначилось, что зубы у женщины еще сохранились. – Я сейчас…

– Не уходи… те! – вдруг уцепилась за нее Фрося.

– Не боись, я мигом!

Миг растянулся на вечность, по ощущениям Ефросиньи.

Наконец ночная гостья вернулась.