Надежда рода

Женщина смахнула невидимые пылинки, расправила несуществующие складочки на платье новобрачной и чуть отступила, любуясь работой.

– Идеально! – цокнула языком. – Что же, раз невеста готова, пора и к венцу ехать. Вели, чтобы подогнали экипаж к крыльцу, – приказала Евдокии, – а то в туфельках по снегу не находишься.

Служанка убежала исполнять поручение, а мы облачились в теплые плащи, подбитые соболиными мехами. К храму Игнат с Лизой отправятся по отдельности. Брат с Юленькой и мужской половиной семьи уже выехали на паромобиле. Невеста же с сопровождающими и эскортом охраны прибудет на карете, запряженной шестеркой гнедых лошадей. К сожалению, мне открыто появляться на людях нельзя, поэтому тропой переместилась в карету, пока Лиза и Мирьям спускались по лестнице. В храме посторонних не ожидалось, я намеревалась зайти уже после начала церемонии и посмотреть на ритуал издалека.

Однако торжество пошло не по плану, когда на подъезде к храму светочей увидела толпу зевак. Распознав знакомые по гимназии лица, сообразила, что появление посторонних не случайность. Поглазеть на бракосочетание завидного холостяка собралось чуть ли не полгорода.

– Ну, и кто проболтался? – с подозрением уставилась на Мусечку.

– А что сразу я? – возмутилась женщина. – Клянусь, слова лишнего не сказала. Да и зачем говорить, когда у людей глаза есть? Если я заказываю свадебное платье у портнихи, то не для себя же! А кто у нас в семье холостой? Алимчик! Каких только сплетен не наслушалась! И что невеста страшна, как грех, и что никто не захочет замуж за калеку, и что мы сэкономили на собственном сыне. Языки бы вырвала нахалкам! А тут еще в храме трижды церемонию переносить пришлось, вот и результат.

– Ладно, будем надеяться, обойдется без происшествий, – расстроилась, что не попаду в храм. – Скажите кучеру, чтобы не отъезжал, пока невеста не окажется под защитой брата. Охрана пусть образует живой коридор, а я отсюда подстрахую.

Карета остановилась, и к нам, постучавшись, заглянул Гаврила Силантьевич. Позади с важным видом красовался Егорка, залихватски заломив картуз на макушке. Ух, и барчук!

– Лизонька, – мужчина утер скупую слезу, – какая же ты красавица выросла. Как же рад, что счастье свое нашла, словами не передать.

– Это у них семейное пускаться в слезы по каждому поводу? – проворчала баронесса и сама промокнула платочком уголки глаз. – Ну, что там? Сколько еще ждать?

– Так, готово почти, – Гаврила улыбнулся и протянул дочери амулет, – вот, господа Полозьевы велели передать с глубоким поклоном и пожеланиями долгой жизни.

Успел-таки, Ромка защиту сделать! – засуетились вдвоем с Мирьям, надежно закрепляя подарок с внутренней стороны лифа свадебного наряда.