Надежда рода

Неторопливый вышколенный слуга принес дополнительные приборы, бутыль с коллекционным вином и кувшин с морсом. После чего, чинно поклонившись, с достоинством удалился.

Клим молча прошел на свободное место, плеснул себе коньяка, пригубил глоток. Игнат отвел невесту в сторонку и тактично молчал, ожидая ответного слова хозяина дома. А тот не спешил, наблюдая за моей реакцией и выдержкой. Что-то было такое в выцветших бледно-голубых глазах Григория Климентьевича, что я поняла:

Он знает! Знает, кто такой на самом деле Игнат, и из какой семьи происхожу я. А раз так, нет смысла унижаться или притворяться.

Я медленно разогнулась, расправила плечи и сместилась поближе к брату, закрывая себя, его и Лизу щитом. Резерв полон, при необходимости открою тропу и уведу нас всех отсюда. А пока посмотрим, к чему устроили весь этот цирк.

Пристальный взгляд Демидова выдержать было непросто. Он давил мощью, требовал признать главенство, склонить голову перед сильнейшим. Вот только сила князя едва теплилась в теле. Ее потоки забивали амулеты, из которых больше половины несли в себе целительские конструкты. Маги земли сильны в своей стихии, будь то сама земля, природа или же минералы. Судя по преобладанию натурального камня в интерьере кабинета, старый князь черпал силу именно в них. Малахитовая столешница, мраморный пол, статуэтки из оникса и янтаря. Фальш колонны из белого камня… точно! Белый камень взят из забелинских карьеров.

– Добро пожаловать в мой дом, Нина Константиновна, – наконец, нарушил тишину Григорий Климентьевич. – Видна-а, видна порода! – по-доброму усмехнулся. – Эк, моего Климку на место поставила! Давно пора было эти его развлечения пресечь, да повода не находилось. Ох, взгляд какой острый, без ножа режет, – чутко отреагировал на вспыхнувшее у меня внутри возмущение, наверняка, отразившееся на лице. Знал, выходит, о шалостях княжича и ничего не предпринимал. – Ну и погибель мужскому роду растет!

– Отец? – молодой человек посмотрел на старика с изумлением, – ничего не путаешь? Это графиня Толпеева, Нина Николаевна.

– Это ты, сын, ничего дальше красивой юбки не видишь! – осадил Демидов. – Корней собственных не знаешь. Посмотри внимательнее на девочку, вылитая ведь прабабка твоя, Лукьяна Олеговна.

– Так ведь… объявили, что род уничтожен, – вытаращился на меня, как баран на новые ворота. Потом медленно поднял взгляд на брата, вздрогнул, когда сопоставил факты, – а это… Игнат Александрович? Тот самый? Но он же… давно должен был погибнуть?

– Да ты на родовую метку посмотри, – с тяжелым вздохом подсказал Демидов, – как я учил? Эх, все без толку! Мельчают нынче маги, мельчают. Как бы знал заранее, что наследником станешь, с пеленок бы у меня по струнке ходил. А… – отмахнулся небрежным жестом.