Невероятная доктор Белль и Повелитель драконов

Потому просто молчите, не раздражайте её лишний раз. Настоятельно рекомендую даже не улыбаться и смотреть в пол.

Я молча слушала, а в глубине души обречённо вздыхала.

Покои принцессы состояли из трёх просторных комнат, расположенных анфиладой. В первой, приёмной зале, стены были увешаны гобеленами с охотничьими сценами, скрывающими холодный камень и защищающими от сквозняков; в нишах тускло мерцали масляные светильники. Личные покои с массивной кроватью под тяжёлым балдахином соединялись с молельней, где у восточного окна с витражным стеклом (страшная редкость и цена – космос) стоял небольшой алтарь. Узкие окна-бойницы пропускали скудный свет, но даже в самые жаркие дни здесь царила приятная прохлада, а зимой тепло сохранялось благодаря двум большим каминам.

Её Высочество Шарлотта сидела у очага. Перед ней прямо на полу расположилась ещё одна женщина, явно старше нас всех; она аккуратно массировала тонкие ступни хозяйки покоев.

– Понежнее! Старайся лучше, если хочешь, чтобы я отпустила тебя к семье на целые сутки! – фыркнула Шарлотта, нисколько не стараясь обращаться вежливее к человеку старше по возрасту.

– Ваше Высочество, прошу простить, – дала о себе знать Розамунда, сделала реверанс, и договорила: – позвольте представить вам вашу новую даму свиты – леди Изабеллу Элисон, дочь графа Мортимера Элисона.

Я шагнула вперёд, присела, как было принято – глубоко и чуть оттопырив пятую точку, и уважительно наклонила голову.

– А ну-ка, – тут же оживилась принцесса, слегка привстала, чтобы рассмотреть меня внимательнее. – Какая вы симпатичная, леди Изабелла. Что-то папенька шлёт ко мне одних раскрасавиц! – зло шикнула она. – Встань!"

"Я выпрямилась и спокойно посмотрела на Её Высочество. Она не была страшненькой, но и хорошенькой её тоже можно было назвать с большим-большим трудом: узкое лицо с тонкими чертами, небольшие глаза с короткими ресницами, бледная сухая кожа, чуть розовые губы, жидкие волосы невнятного серого цвета. Хрупкое тело куталось в тяжёлое платье из тёмно-синего бархата, расшитого золотой нитью, а костлявые пальцы, унизанные перстнями, нервно теребили длинные рукава. В осанке Её Высочества чувствовалась порода – прямая спина, гордо поднятая голова, но во взгляде я видела едва сдерживаемую злобу, зверя в хрупком обличии.

– Вон, возьми сажу из камина, – вдруг отчего-то развеселилась она, – намажь толстым слоем на брови. И ходи так, покуда я не разрешу смыть. Ясно?

– Да, Ваше Высочество, – я снова сделала книксен и отправилась к очагу. Сочувствующий взгляд пока незнакомой мне леди, продолжавшей массировать ступни Шарлотты, чуть усмирил вспыхнувшую злость. Не время и не место показывать свой норов.