Наследник с подвохом

Надо что-то с этим делать!

— Что ж, я лично прогуляюсь с кузеном по саду, а вы можете порадоваться солнышку и на веранде. Кайриз! — повернулась в сторону дворецкого. — Прикажи Раймоне подать леди и ее дочерям чаю прямо на крыльцо.

Подошла к парню и подхватила его под руку. Посмотрела в его ничего не выражающее лицо и пожала плечами.

— Еще чего! — всплеснула руками женщина.

— Мама, я в сад хочу! — заупрямилась и надула губы Дженна.

— И я! — топнула ножкой Миранда.

— Не обсуждается! — отрезала я, зверея от их наглости. Вот бы сейчас треснуть по башке этой чокнутой мамашке, что разбаловала детишек донельзя. — А если будете настаивать, Кайриз вмиг соберет ваши чемоданы!

— Ах ты, нахалка! А ну отпусти моего сына! — кинулась ко мне в попытке оттащить Мортимера.

Парень в испуге присел на корточки и начал раскачиваться, прижимая ладони к ушам. И тут я окончательно взорвалась гневом.

— Он тебе не сын! — прошипела змеей и схватила тетку за грудки, разрывая пальцами паршивое кружево. Прижала баронессу к стене и заглянула в подлые глазки. — Еще одно слово и, не даст соврать Единый, сверну тебе шею, падаль! Это мой дом! И ты будешь подчиняться! Иначе проваливай!

Я вовремя взяла себя в руки и отошла от побагровевшей тетки. Девчонки кинулись к матери и вцепились в подол ее платья.

— Лекаря бы ей, Кайриз, — еле слышно с осторожностью произнесла Беата. — Повредил все же яд ее голову.

А я уже ничего не хотела слышать и говорить. Помогла Мортимеру подняться на ноги и увела его подальше от этой дебильной семейки.

Какая же она все-таки дрянь! Зла не хватало! Приперлась к сиротам и раскомандовалась тут как у себя дома! Еще и бедного парня за собой притащила, лишь бы пожить за чужой счет в шикарном доме! Я не я, если не выясню, что случилось с кузеном и как оспорить над ним опеку.

— Не бойся, Мортимер, мы ей покажем, — улыбнулась и достала связку ключей, что висели на поясе. Подобрала нужный к калитке, и вошла в сад. Предусмотрительно замкнула за собой воротину и ступила на вымощенную мелким камнем тропу. — Что с тобой? Почему ты молчишь? — обратилась к кузену, а он подбежал к кусту и сорвал с него распустившийся цветок. С легкой едва уловимой улыбкой вручил его мне.

— Спасибо, — вдохнула приятный аромат и коснулась губами бархатного розового лепестка. — Она тебя обижает? Покажи мне, — старалась достучаться до затуманенного разума парня, но он уверенно пошел дальше по тропинке, будто его кто-то вел или звал к себе, и остановился только у родового склепа.

И тут цветок выпал из моих рук, когда я явственно увидела, как от мраморной стены отделилась голубоватая дымка с очертаниями человека.